На многие мили… и сплошная пустыня кругом! От одной мысли о ней у Конора пересохло в горле. Если миссия провалится и все они погибнут в этой глуши, виноват будет он со своими снами, которые привели их сюда.
Финн глянул на его лицо и ободряюще похлопал по плечу.
– Мы все сами выбрали свой путь… и пойдем за тобой, Абеке и Ролланом до самого конца.
– Спасибо! – Конор поднял голову и развернул плечи.
Ночевать остались в Серых Холмах на крошечном постоялом дворе у самого выезда из поселка. Конор лежал в одной комнате с Абеке, Ролланом, Майей и Калани, но заснуть не мог не из-за тесноты. Его тревожило ночное небо, на котором играли зловещие багровые сполохи, сменяясь фиолетовыми и бурыми оттенками. Возможно, это ему мерещилось, во всяком случае, никому другому небо спать не мешало. Однако Бригган, которого он на всякий случай выпустил на ночь, тоже то и дело оборачивался к окошку.
Наутро улицы оказались усыпаны трупиками красногрудых птиц.
Отряд собирался в дорогу и седлал коней, но никто даже не выглянул, чтобы проводить их. Жители отсиживались за закрытыми дверями, Серые Холмы словно превратились в город-призрак. Конор поежился, выезжая через ворота. Даже сухая бесплодная пустыня не так пугала, как эта мертвая тишина.
Выжженная солнцем желтая степь постепенно сменялась песком и красноватыми скалами с извилистыми руслами давно высохших ручьев. Впереди на горизонте смутно вырисовывались зубчатые очертания Красных гор. Путники продвигались неуверенно, часто задерживаясь, когда Финн в очередной раз пытался найти на карте хоть какие-нибудь ориентиры.
– В твоих видениях было еще что-нибудь примечательное? – спросила Абеке, поравнявшись с Конором. – Например, погоня за нами, птицы, падающие с неба, странные местные жители?
Конор виновато покачал головой.
– Только пустынная местность и ствол огромного дерева. Там точно были Теллун, Ково и Гератон… ну, и все мы. – Он помолчал. – Теллун дрался за нас – надеюсь, это означает, что мы его скоро встретим.
– Некоторые предпочитают оставаться в стороне, – поджала губы Абеке, – пока есть возможность. Наверное, Теллун как раз из таких.
Их догнал Роллан.
– А оазисы в твоих видениях не попадались? – отдуваясь, спросил он.
Лицо его было мокрым от пота. Это еще хорошо, подумал Конор, а вот когда перестанет потеть…
– Да полно тебе, Роллан, – поморщилась Абеке, – пили же совсем недавно.
– Да знаю я, – простонал он. Словно в ответ, Эссикс крикнула что-то в небе, откуда высматривала мышей и сусликов. – Тебе-то легко говорить.
Она с усмешкой переглянулась с Конором и достала из кармана что-то блестящее.
– У нас в Нило, когда нет воды, сосут гальку. Попробуй, это немного утоляет жажду.
Роллан спешился и подобрал с земли несколько серых камушков. Запрыгнув обратно в седло, обтер их о рубашку и сунул в рот.
– Смотри не проглоти, – рассмеялась Абеке.
Конор тоже перекатывал во рту гальку и радовался, что друзья еще в силах шутить.
– Эй! – окликнула Абеке отставших Калани с Майей. – Хотите камушков пососать?
Майя лишь молча покачала головой. Саламандра сидела у нее на плече, укрывшись от жары под волосами. Черная с золотыми пятнышками чешуя блестела на солнце. Обычно Тини остаувался в спячке, но время от времени Майя выпускала его перекусить насекомыми и червями. Наевшись, он вскоре снова превращался в татуировку. Жара и сушь здешней пустыни не нравились даже огненной саламандре.
Хуже всех вдали от родного океана приходилось Калани. Она ехала понурая, с пустым равнодушным взглядом, словно увядший цветок. Конор поглядывал на нее с беспокойством. Пот у нее на лице давно высох, что показывало крайнюю степень обезвоживания.
– Калани! – неуверенно позвал Роллан.
– Сейчас упадет в обморок, – пробормотал Конор.
Будто послушавшись, Калани тяжело уронила голову и покачнулась в седле. Абеке быстро спрыгнула с коня, бросилась к ней и успела подхватить, но не удержалась на ногах, и обе без сил свалились на землю.
Всадники стали останавливаться, сзади подъехал Финн. Конор с Ролланом суетились вокруг Калани. Конор влил ей в рот немного воды из своей фляги, но взгляд ее оставался мутным.
– Передохнем, – решил Финн, с тревогой глядя с седла.
Калани еще глотнула воды и стала понемногу оживать. В глазах появился блеск, на лбу выступили капельки пота.
– Спасибо, – едва выдавила она, – не привыкла я к такой жаре.
– Никто не привык, – вздохнул Финн, щурясь на низкое солнце. – Ладно, на сегодня хватит, найдем место и разобьем лагерь для ночевки.