Элизабетте было не по себе оттого, что они бросили Массимо в лагере; Сандро мрачно молчал. Марко впереди присоединился к людям, направлявшимся в здание вокзала — длинное прямоугольное строение с арками на фасаде. Она знала, что ему будет трудно найти нужную платформу, ведь Марко не сумеет прочесть расписание поездов. Элизабетта надеялась, что он сам догадается или спросит кого-нибудь.
Элизабетта и Сандро перешли улицу и тоже вошли в здание вокзала. Потолок был сводчатым, помещение большим, на дальней стороне виднелись двери, которые вели к платформам и путям. В зале оказалось всего несколько путешественников с саквояжами и газетами. И, к счастью, ни следа немецких солдат.
— Давай проверим, какой у нас поезд, Джованни, — сказала Элизабетта, назвав Сандро фальшивым именем на тот случай, если кто-то их услышит. Он поджал губы — наверняка нервничал, и она крепче стиснула его руку.
Сандро взглянул на расписание.
— Наш поезд с минуты на минуту прибудет на седьмой путь. Мы как раз вовремя.
— Хорошо. — Элизабетта оглянулась и увидела, что Марко удаляется к выходу на платформу. — Давай подождем снаружи, ладно? Вечер чудесный, а билеты купить можно и в поезде.
— Хорошая идея. — Сандро улыбнулся, они вышли на улицу и направились на платформу седьмого пути. Вдалеке с грохотом показался поезд; круглый луч света от его фонаря стремительно приближался. Пассажиры оживились и выстроились в неровную линию.
Элизабетта была счастлива. Им с Сандро оставалось лишь сесть в поезд и вести себя как влюбленная пара, которой они и были. Они почти добрались до дома.
Вдруг со стороны вокзала, покуривая сигареты, вышли два немца. Элизабетта заметила их краем глаза, но улыбаться не перестала. Сандро, должно быть, тоже их увидел. Он отвернулся и будто окаменел.
Элизабетте стало за него тревожно. В порыве чувств она его поцеловала. Сандро, который явно такого не ожидал, поцеловал ее в ответ и вскоре тоже вспыхнул страстью. Она прижалась к нему со всей любовью.
— Я люблю тебя, — пробормотал Сандро, разжимая объятия.
— Я тоже тебя люблю, — отозвалась Элизабетта.
Поезд, скрежеща двигателем, въехал на станцию, колеса замедляли ход. Пассажиры, которые направлялись в Рим, выстроились в очередь на посадку. Элизабетту и Сандро обступила толпа. Она не спускала глаз с Марко: тот держался сбоку и немного позади, притворяясь, будто читает газету. Элизабетта знала: он заметил солдат и не сядет в вагон, пока не удостоверится, что они с Сандро в безопасности.
Немцы подошли к платформе — видимо, тоже собирались ехать этим поездом. Они непринужденно болтали и курили, но Сандро таращился прямо перед собой, неестественно расправив плечи. Элизабетта встревожилась из-за него и посмотрела на Марко. Они переглянулись, и она поняла: Марко тоже волнуется. Вдруг он бросил газету на скамейку.
Пассажиры встали в очередь и начали продвигаться вперед, на посадку. Элизабетта и Сандро тоже направились следом, причем Сандро смотрел строго вперед. Немцы встали позади них, хохоча в голос, будто говорили о чем-то смешном. Элизабетта не понимала о чем, а Марко, который знал немецкий, был слишком далеко.
Сандро продолжал смотреть прямо перед собой. Элизабетта погладила его по руке, пытаясь успокоить. Марко стал подбираться ближе к ним, на ходу снимая рюкзак.
Элизабетта знала, что там Марко держит пистолет.
Очередь еще продвинулась вперед.
Элизабетта подошла ближе к поезду, и Сандро тоже. Немцы шагали следом, и тут один из них заговорил с Сандро.
Глава сто тридцать третья
Марко сунул руку в рюкзак. Пальцы обхватили рукоятку пистолета. Он заставил себя не спешить. Немцы стояли позади Сандро и Элизабетты. Один из них что-то говорил Сандро, пытаясь привлечь его внимание.
Сандро неестественно застыл.
Марко подошел поближе, чтобы услышать, о чем они говорят.
Первый немец хихикал.
— Твоя фрейлейн вмазать тебе? — спросил он Сандро на ломаном итальянском.
Сандро на негнущихся ногах повернулся. Он не улыбался. Во рту у него пересохло.
— Нет… э-э-э… я ударился, когда…
— Он со ступенек свалился, — влезла Элизабетта, расплывшись в озорной ухмылке. — Если б я ему вмазала, синяк был бы побольше.
Немцы расхохотались. Сандро попытался улыбнуться, но вышло неубедительно. Марко положил палец на спусковой крючок.
Первый немец подмигнул Элизабетте: