Она поднялась на ноги и огляделась. Тамаро стоял неподалеку; ее отец уже встал, но она него не видела.
– Доброе утро, – сказал Тамаро. Он выглядел отрешенным, и его приветствие прозвучало как простая формальность.
– Доброе утро, – Тамара лениво потянулась и повернулась лицом к потолку. Над ними просыпался мох; в коридорах представители того же вида светились непрерывно, но здесь они научились считаться с пшеницей. – Давно ты встал?
– Пару махов назад, – ответил он.
– О. – Она очнулась в полусне гораздо раньше и подумала, что ощущает его отсутствие – по тому, как легко поддалась коса, когда она задела ее рукой – но открывать глаза, чтобы удостовериться, она не стала. – Мне надо идти, – сказала она. У нее не было срочных дел, но подобное отстраненное поведение Тамаро обычно означало, что он надеется на ее скорый уход, чтобы съесть свой ранний завтрак. Скорее всего, именно этим прямо сейчас занимался ее отец.
– Могу я сначала с тобой поговорить? – спросил он.
– Конечно. – Тамара подошла к нему.
– Я слышал о Массиме, – сказал он.
– Да, жаль, что так вышло.
– Ты об этом не упоминала.
Тамара отрывисто прожужжала.
– Все не настолько плохо. Если бы она осталась, я была бы только рада, но на саму миссию ее уход не повлияет.
– Наверное, она решила, что риск себя не оправдывает, – сказал Тамаро.
– Ну что ж, это было ее право. – Тамара почувствовала раздражение. Он что, правда думал, что может сравнивать ее с Массимой? – Учитывая, что ей все равно предстояло сыграть роль простого наблюдателя, я не виню ее в том, что она выставила для себя настолько низкую планку.
– Неужели мне придется умолять, чтобы отговорить тебя от полета? – спросил он. В его голосе прозвучала обида. – Ты когда-нибудь задумывалась, каково будет мне, если с тобой что-нибудь случится?
Тамара протянула руку и ободряюще сжала его плечо.
– Конечно думала. Но я буду осторожна, обещаю. – Она попыталась мысленно вернуться к словам Ады, которые помогли ей убедить своего ко. – Мы родились слишком поздно, чтобы разделить восторг, окружавший запуск ракеты, и в то же время слишком рано, чтобы застичь ее возвращение. Если я откажусь от такой возможности, то в чем смысл моей жизни? Просто ждать своего часа, пока не родятся дети?
– Я когда-нибудь принуждал тебя к рождению детей?
– Я не это имела в виду.
– Я всегда был рад твоей работе! – воскликнул он. – И пока ты не занимаешься ничем опасным, ты не услышишь от меня ни одной жалобы.
Тамара с трудом сохраняла терпение.
– Ты меня не слушаешь. Мне нужно именно это. Отчасти дело в возможности помочь химикам с решением топливной проблемы – что само по себе уже немало. Но полет на Моските – это работа, которая мне идеально подходит – с учетом моих навыков, моего темперамента, моих интересов. Если бы мне пришлось провести всю свою жизнь, издалека наблюдая, как мимо нас пролетают такие вот глыбы, я бы использовала свои возможности по максимуму. Но сейчас мне представился шанс показать все, на что я способна.
– И ради этого ты готова рискнуть нашими детьми? – холодно спросил Тамаро.
– О… – Тамара уже начала злиться; она и не думала, что он прибегнет к настолько дешевой уловке. – Если я погибну там, ты быстро найдешь себе славную пару в лице одной из вдов. Я знаю, что большинство из них продали свои нормы, но моя-то останется за тобой, правда? Ты станешь самым что ни на есть завидным супругом.
– По-твоему, это шутка? – Тамаро был в ярости.
– А разве я шучу? Это чистая правда: ты сможешь стать отцом и после моей смерти. Так что хватит из-за этого дуться, как будто ты рискуешь больше меня.
Тамаро попятился от нее; он был заметно возмущен.
– Я не собираюсь становиться отцом чужим детям, – произнес он. – Плоть нашей матери – это плоть наших детей; на сколько бы ты ее ни одалживала, тебе самой она не принадлежит. И в первую очередь, ты обязана ее беречь, а не подвергать опасности.
Тамара насмешливо прожужжала.
– Ты в каком веке живешь? Тоже мне клоун, глаза б на тебя не глядели! – Она прошла мимо него, вышла на тропинку и направилась прочь с полянки, отчасти ожидая, что он пойдет следом за ней и станет ее уговаривать, но каждый раз, когда она бросала задний взгляд в его сторону, Тамаро продолжал неподвижно стоять на том самом месте, где она его оставила.