– Скажи, что мне это не привиделось, – произнес Иво.
– Не привиделось что? – с нетерпением спросила Тамара.
– Реакция была яркой, но… локализованной, – сумела объяснить Карла. – В точности такой же, как описано в старых отчетах пожарной охраны! – Именно такую реакцию впервые наблюдала сама Ялда – оглядываясь на Бесподобную из космической пустоты, когда она чуть не погибла из-за несчастного случая во время сборки двигателей, отвечавших за вращение горы.
Иво достал из спектрографа полоску бумаги. Карла зажгла лампу, чтобы они смогли ее как следует рассмотреть. Бумага потемнела во всем диапазоне частот, явив спектр, аналогичный любому спектру сгорающего топлива. Но поверх него обнаружилась одна особенность – настолько резкая, что Карла поначалу ошибочно приняла ее за калибровочную отметку на бумаге – линию, которую Иво вполне мог нарисовать с целью юстировки. Но это было не так. Бумага потемнела под влиянием самой вспышки – вдоль узкой полосы, соответствующей ультрафиолетовому свету с длиной волны в один гросс восемь дюжин и два пикколомизера.
Глаза Тамары были защищены повязкой, поэтому Карла объяснила ей результаты эксперимента.
– Что же могло это вызвать? – спросила Тамара. – Одну резкую ультрафиолетовую линию?
– Я такое впервые вижу, – сообщил Иво. – Обычные камни при сгорании не дают такого узкого пика, который бы превосходил все остальное свечение пламени по яркости.
– Не говоря уже о том, чтобы пик был всего один, – добавила Карла. – Полная энергия, необходимая светороду, чтобы покинуть пассивит, будет где-то в две дюжины раз превышать скачок, соответствующий этой ультрафиолетовой линии. Стоило бы ожидать, что пассивитовый либератор будет модифицировать энергетические уровни, разбивая суммарный интервал на множество более мелких – но нет никакой причины, которая бы объясняла, почему все эти промежуточные ступеньки должны иметь одну и ту же высоту!
– Но факт остается фактом – один-единственный пик, – сказала Ада.
Иво запустил второй чахлик пассивита – на этот раз его целью стала красноватая область в южном полушарии Объекта. Ландшафт выглядел так, будто был покрыт огневитом; наблюдая за происходящим в теодолит, Карла приготовилась лицезреть стихийный пожар, а то и полномасштабную катастрофу в духе Геммы.
Спустя три паузы и пять высверков после столкновения они увидели краткую вспышку точечного излучения.
Когда Иво извлек бумагу из спектрографа, в области видимых частот наблюдались кое-какие незначительные отличия, однако в спектре вновь преобладал ультрафиолетовый пик, который в точности совпадал с предыдущим.
Иво повторил эксперимент, выбрав на поверхности Объекта две других области, отличавшихся по своему внешнему виду. Затем он заменил пассивитовый снаряд твердолитом, затем пудритом, хрусталитом, зеркалитом, огневитом и соляритом. После двух дюжин и четырех экспериментов выяснилось, что задержка перед вспышкой могла меняться как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения, а в видимой части спектра можно было увидеть четкие отличия, зависящие от того, в какую именно область на поверхности Объекта был нацелен снаряд. Но в каждом из случаев на бумаге возникала единственная черная линия из области ультрафиолетовых волн – и всякий раз на одном и том же месте.
Карла не могла объяснить этот феномен, и точно так же был сбит с толку и сам Иво. Он даже направила спектрограф на лампу в кабине, чтобы убедиться в том, что вездесущая линия не была результатом какого-то вычурного оптического дефекта. Оказалось, что нет.
– Уберите из этого спектра ультрафиолетовую линию, – сказал он, держа в руках полоску бумаги, облученную вспышкой красного камня в южном полушарии, – а из этого линии либератора. – Он взял контрольную полоску, полученную под воздействием лампы. – Не считая этих отличий, они оба выглядят одинаково – это горящий огневит.
– Значит, огневит остается огневитом, даже если заменить все его светороды на противоположные, – сказала Ада. – Начав гореть, он выдает один и тот же свет, как и должно быть в соответствии с теорией Нерео.
– Однако процесс воспламенения огневита, находящегося на Объекте, совершенно не похож на взаимодействие либератора с обычным огневитом. Ко всему прочему он совершенно неизбирателен – одинаково действует на любой минерал. Ему нет дела до детальной структуры этих твердых тел – их геометрии, их энергетических уровней. Он просто проворачивает свой фокус, и бах…