Тамара, наконец, сняла повязку.
– Независимо от того, понимаем ли мы процесс воспламенения, это наверняка должно разрешить наш топливный кризис? Объект можно использовать в качестве горючего, до последнего чахлика! Такое легкое решение, может быть, и не принесет удовлетворения…, но если нам удастся замедлить эту штуку так, чтобы она оставалась в пределах досягаемости, то следующее поколение уже сможет заняться практической стороной дела.
– Либо следующему поколению удастся догнать Объект и доставить его к Бесподобной, – предположила Ада. – У них будет время, чтобы как следует обдумать результаты наших наблюдений и разобраться в происходящем. Теперь траектория Объекта известна нам с высокой точностью. Мы его не упустим.
Тамара уже почти склонилась на ее сторону, но Иво раздраженно вмешался в разговор.
– Наша цель – захватить Объект! Именно эту миссию одобрил Совет: взять образцы, выполнить калориметрию, а затем устроить взрыв, который бы обездвижил эту штуковину. Если мы сдадимся сейчас, то в наследство своим потомкам оставим лишь более продолжительное путешествие и усложненную версию той задачи, которую должны были выполнить своими силами. Три поколения строили теории насчет ортогональной пыли, но это так ни к чему и не привело. Понять эту материю можно только путем экспериментов.
– Ты только что провел полную серию экспериментов! – воскликнула Ада. – Ты действительно хочешь приблизиться к веществу, способному воспламенить все твои инструменты и контейнеры?
– У меня есть пневматические инструменты, – не унимался Иво.
– Которыми можно резать только пудрит, – возразила Ада.
Порывшись в спектрах, Иво извлек одну и бумажных полос.
– Вот! Серый минерал, в северной части. Как ты уже говорила, при замене светородов на противоположные базовые свойства вещества не меняются. За вычетом ультрафиолетовой линии этот спектр совпадает со спектром пудрита! На глаз эта порода и выглядит, как самый настоящий пудрит! С физической точки зрения нет причин, которые запрещали бы ей обладать мягкостью обычного пудрита.
Ада и Тамара посмотрели на Карлу.
– Мне нечего возразить, – сказала она. – По своим механическим свойства она должна совпадать с обычным минералом. Но судя по тому, что я видела, если хотя бы одна крупинка этого вещества к чему-нибудь прикоснется –
– Из моего охладительного мешка будет постоянно выходить воздух, – сказал Иво. – Кроме того, у Зудня есть собственный воздушный щит. Я это уже отработал: я знаю, что могу добыть образец пудрита, не прикасаясь к нему.
Тамара помолчала.
– Хорошо, – неохотно согласилась она. – Если ты уверен в своих силах, я не стану тебе препятствовать.
Она смотала одну из опорных веревок, чтобы освободить пространство, после чего Карла помогла Иво выдвинуть Зудень из отсека хранилища и переместить его в середину кабины. Это было не столько полноценное транспортное средство, сколько своего рода химическая лаборатория, приспособленная для работы в условиях космического вакуума и оборудованная воздушно-реактивными двигателями. Карла, в качестве дублера Иво, проходила собственные тренировки с макетом Зудня, маневрируя на нем по Бесподобной и отрабатывая сход с орбиты. Спустя несколько дней движения аппарата давались ей вполне уверенно – но она уже потеряла счет всем тем легким столкновениям с горой, которые она испытала за время тренировки.
Она отошла в сторону, чтобы Иво смог проверить свое оборудование. Ада наблюдала за этим процессом с выражением сдержанного неодобрения, хотя, как показалось Карле, больше всего она была недовольна тем, что Тамара проигнорировала ее совет. Ада готовилась возглавить миссию, возложить на себя ответственность за все, что они делали. Как бы ни приятно ей было узнать, что ее подруга все-таки оказалась жива, отказаться от лидерства ей наверняка было непросто.
– Я хочу, чтобы ты ограничился тем местом, где пудрит выходит на поверхность, – сказала Тамара, обращаясь к Иво. – Пытаться добыть образцы в другом месте будет слишком сложно; этому минералу придется сыграть роль суррогата для всех остальных.
– С этим я справлюсь, – ответил Иво. Он проверял балансировку отдачи своих воздушных резаков, паря в воздухе рядом с одной из оставшихся опорных веревок и доказывая тем самым, что фиксированное расстояние до нее он способен поддерживать, даже размахивая невидимыми режущими струями. – По всей видимости, наиболее сильную реакцию в каждом из случаев дает процесс, отвечающий за эту ультрафиолетовую линию, чем бы он ни был. Так что если нам удастся количественно оценить энергию, выделенную в случае пудрита –