- Это Маркус Ривера и Натаниэль Мартинез, - представила Марка и Ната Принцесса Роза. - Они пришли сюда получить свои мечи. Те самые.
Рональд взглянул на мальчиков и многозначительно улыбнулся.
- Понял! - отчеканил он. - Сейчас принесу.
Кузнец тут же удалился.
- Ваше Высочество, Вы сказали мечи? - обратился к принцессе Марк.
- Именно, - подтвердила Принцесса Роза. - Когда ваши родители скончались, Король Йохан, забирая вас во дворец, взял с собой два меча, принадлежавших вашим родителям и являвшихся семейной реликвией, чтобы они не попали в плохие руки. Позже они с графом Вайтенсом распорядились отдать мечи на хранение другой семье, долгие годы хранящей дружбу с королевским дворцом - семье Шмидтов.
В этот момент вернулся кузнец Рональд. В его руках гости увидели два восхитительных меча. Тот, что находился в левой руке был средней длины. В свете огня его сталь воинственно блестела. Это был лёгкий одноручный меч с простой, но удобной кленовой рукояткой. Он был предназначен для быстрых атак и ближнего боя. В правой руке кузнец нёс другой меч, который был в два раза длиннее первого. Его клинок выглядел массивным, а крупная дубовая рукоятка, увенчанная вырезанным силуэтом льва, в совокупности с ним придавала этому двуручному мечу воинственный и благородный вид.
Рональд передал Принцессе Розе оба меча, и девушка, приняв их, повернулась к Марку и Нату.
- Натаниэль, - Принцесса Роза обратилась к младшему парню и протянула ему первый клинок. - Этот меч принадлежит семье Мартинез. Все твои предки сражались с его помощью, одерживая многочисленные победы. Теперь он становится твоим.
Натаниэль принял меч и, осторожно сжимая его в своих руках, принялся рассматривать каждую деталь.
- Марк, - Принцесса Роза перевела взгляд на старшего мальчика. - А этот меч - реликвия семьи Ривера, - девушка двумя руками взяла второй клинок. - Он переходил из рук в руки, из поколения в поколение, а с этого момента он будет принадлежать тебе.
Принцесса протянула оружие юноше, Марк взял в руки меч, внимательно осмотрел его, а потом перевёл серьёзный взгляд на принцессу.
- Ваше Высочество, мы тренируемся всего неделю, - проговорил парень. - Вы были правы, у нас на самом деле проявились врождённые способности, но...уверены ли Вы, что мы не станем обузой для опытных солдатов армии Лемонрекса? Не подумайте, что мы трусим или хотим остаться в стороне! - быстро добавил Марк, дабы не быть неправильно понятым. - Просто...
- Извините...
Марк и Натаниэль удивлённо подняли взгляд на Принцессу Розу. На её лице вновь читалось то же выражение, что и в день их разговора о семьях друзей.
- Извините меня, - повторила девушка и виновато посмотрела на мальчиков. - Вы сомневаетесь даже в своей пригодности на роль простых воинов. А я как раз собиралась попросить вас помимо этого также временно взять на себя роль капитанов и возглавить два регимента армии Лемонрекса.
Марк опешил и застыл на месте, Нат округлил глаза и взглянул сначала на друга, затем снова на принцессу.
- Я знаю, что вы и без того сбиты с толку моей первой просьбой, - продолжила девушка, краснея. - И понимаю, что этот приказ кажется вам безумным. Но дело в том, что Лемонрекс уже давно не прибегал к помощи армии, поэтому у нас осталось лишь три капитана запаса. Но для управления восьмьюдесятью тысячами солдат нам нужно ещё хотя бы двое людей. Вы лучше других подходите на эти роли, ибо среди моих воинов нет ни одного обладающего нужными чертами характера, а вам способности к командованию были заложены в крови.
- Но, Ваше Высочество! - вскричал Марк. - Ведь нельзя надеяться на воплощение заслуг предков в нашем обличии! В конце концов мы - совершенно другое поколение! И отвечать за шестнадцать тысяч человеческих жизней...
- Я понимаю ваши сомнения и негодование, - сокрушённо кивнула Принцесса Роза. - Но у меня нет иного выбора, вы единственные на кого я могу положиться. На вас вся надежда!
Наступило молчание, сопровождаемое звенящими звуками со стороны мистера Шмидта, точащего меч. Марк пытался успокоиться и судорожно что-то обдумывал, Натаниэль растерянно хлопал глазами, а принцесса молча стояла и глядела в пустоту. Прошло некоторое время, прежде чем тяжёлая тишина была нарушена.