В зеркале, поверхность которого рассечена диагональной трещиной — следом былого взрыва.
С двух сторон от врат расположены огромные сооружения, отдалённо напоминающие катушки индукции: широкое основание и чуть удлинённая верхняя часть… Между ними — некое подобие на обмотку, которая опоясана бакелитовой лентой. От средней части так же отходят отдельные стальные пластины, имеющие П-образную форму… Что-то вроде дополнительных сердечников. Ножки буквы «П» доходят до боковин Врат. Не могу с уверенностью сказать, связаны ли элементы между собой… Скорее всего, нет. Насколько мне известно, наличие зазора у большинства электротехнических приборов и устройств, как правило, является основополагающим условием… Хотя сейчас это и не так уж важно.
Над «Вратами» нависли огромные баллоны с отходящими вверх и вниз усиками — это конденсаторы. В этом нет сомнений. Верхние кабели уходят в потолок и теряются из виду. По ним определённо подавалось питание от станции. Нижние — спускаются к катушкам и теряются в их обмотках.
По всему, врата работали внутри чудовищных магнитных полей… Но вот как именно, мне, к величайшему сожалению, не понять…
Чуть в стороне — длинная панель с манометрами, вольтметрами, различными шкалами и делениями — пульт управления. Напротив — огромный баллон с отходящими трубами. Для чего он предназначался и что именно в него закачивали — так же неизвестно.
Думается, что ничего хорошего…
По полу всюду извиваются провода. Кое-где валяются огромные тиристоры. Они будто страдающие от рахита крысы…
…Светлана падает на колени. Её тошнит кровью.
Я смотрю на всё это как припадочный… Я определённо схожу с ума, потому что всего этого просто не должно быть!
Но это всё есть! Причём не в моём больном воображении, а в суровой действительности.
Я слышу аромат крови… На этот раз он отрезвляет.
Склоняюсь над Светланой. Ей совсем плохо. Её трясёт от озноба. Она смотрит мимо меня мутнеющим взором…
Она умирает.
— ВОЛКОВ!!!
Чувствую, как жалобно дребезжат барабанные перепонки от моего же собственного крика.
Что есть мочи цепляюсь за ладонь затухающей Светланы. Я словно не желаю её отпускать… Да, я хочу выдернуть её назад! Поднять на поверхность! Вывести на свет! Потому что там она обязательно оживёт!..
…Но Светлана никак не реагирует на мои эмоции.
Сейчас мне кажется, что наше время остановилось…
Здесь у «Врат» — пространство просто замерло.
Сейчас — будет царить Вечность…
Светлана будет страдать до тех пор, пока не объявится Волков…
А я, всё это время, буду безумно выть и держаться за ускользающий свет…
Потом всё закончится, и мы поднимемся на безжизненную землю… Потому что там, наверху, минут тысячелетия…
Меня что-то отталкивает от Светланы! Я лечу в сторону, больно ударяюсь раненной рукой о бетонный пол… Брезгливо отстраняюсь от застывшего перед моим носом тиристора. Тот жутко пищит, превращается в мерзкого грызуны и бросается прочь!.. Я глупо улыбаюсь, провожая божью тварь мутным взором.
Всё же собираю мысли в кучу. Оборачиваюсь…
Над Светланой склонился некто в костюме РХБЗ и противогазе…
Пытаюсь подняться на ноги. Краем глаза смотрю на хрипящее существо. Странно, но оно по-прежнему никак не реагирует на происходящее, словно его всё устраивает.
Пытаюсь оттолкнуть незнакомца от Светланы. Факт того, что тот пытается ей помочь, даже не рассматриваю. Мною движет лишь примитивный инстинкт защищать более слабого! А таковой сейчас является именно Светлана!
Человек снова отмахивается. Не оборачивается… Что-то бормочет себе под нос.
Мне не понятно, к кому именно он обращается… Раз не оборачивается, то наверняка к Светлане… хотя возможно всякое.
Я уподобляюсь ему же: толкаю в спину!
Человек отлетает. Спотыкается о паутину проводов. Всё же сохраняет равновесие. Недоумённо оборачивается ко мне… Какое-то время мнётся в нерешительности. Всё же снимает капюшон и противогаз.
Светлана окончательно роняет голову в лужу из крови и собственных внутренностей. Часто дышит.
Это конец!
Я глупо смотрю на шокированного Волкова. В его глазах застыл немой вопрос. Он понятия не имеет, как мы до всего этого додумались?.. Как отважились спуститься вниз безо всего?.. Особенно, Светлана! Хотя на счёт неё и так всё ясно…
Странным было бы, не встретить под реактором как раз её.
Волков всё же берёт себя в руки. Бросается ко мне. Хватает за грудки.