— Вы проверили системные архивы? — собравшись, наконец, осведомился Ноэль. — Сохранилась схема траектории маршрута? Или какие-нибудь координаты? — приходилось сжимать руки в кулаки, чтобы унять тремор.
— К сожалению, нет. Все данные были уничтожены, их невозможно восстановить.
— Вирус?
— Так точно, — подобравшись под внимательным взглядом принцепса, терранец торопливо, но четко дополнил: — Он плохо поддается сканированию, маскировка многоуровневая. Поэтому первичное сканирование ничего не выявило.
Ноэль бесшумно выдохнул, с нажимом провел пальцами по виску, игнорируя входящие запросы на связь от представителей альхенского командования. В их ведь пространстве находятся. Разумеется, разрешение на пересечение границ флотскими спейсерами было запрошено заранее, но требовалось всегда быть на связи.
— Какие будут дальнейшие распоряжения, архи? — осторожно спросил Ювеналий Санберг.
Ноэль раздумывал недолго.
— Уберите с глаз моих, — небрежно махнул на тело Иокасты, напустив на лицо маску равнодушия. — Пусть в медблоке констатируют факт смерти. А потом сделают все, что нужно. И тщательно перепроверьте все архивы и записи еще раз. По прибытии на «Секторем» я жду отчета.
— Да, архи, — примум-центрурий отдал честь.
Пронаблюдав, как с помощью маленького портативного устройства он заключает мертвую Иокасту в энергетический пузырь с нулевой гравитацией внутри и направляет его к стыковочному шлюзу, Ноэль прошелся взад-вперед по отсеку, не в состоянии справиться с двигательным беспокойством. Что же он натворил? И, самое главное, как это расхлебывать? Его счастье, что никто не знает правду про наследника и про то, какую опасность он представляет для империума.
В какой-то момент взгляд Ноэля упал на символику на стене в виде звезд, формирующих жест отмщения. Его тут же охватило нехорошее предчувствие.
***
Интуиция не подвела. Ноэль в этом убедился, когда Флотилия уже держала курс обратно в Регнум, на военную базу «Секторем» в пространствах бывшего суверенного Илюссиона.
Связавшись с альхенским командованием и уладив формальности, Ноэль сразу пришел в медблок — неоправданно обширное помещение. Все осведомлены, что принцепс не любит замкнутые пространства, поэтому каждый отсек в спейсере-флагмане куда просторнее, чем требуется. В дополнение симуляция на стенах визуально расширяет площадь.
Ноэль долго смотрел на Иокасту сквозь прозрачную оболочку медкапсулы. Рядом горел голоскрин, отображающий в реальном времени всю информацию о состоянии пациента, включая 3D-изображения внутренних органов, показатели жизненных функций, а также мельчайшие изменения, которые происходят в организме прямо сейчас.
Иокасту быстро стабилизировали, но пройдет еще какое-то время, прежде чем ее можно будет привести в сознание. Ноэль одновременно ждал и боялся этого момента, но все же, набравшись решимости, подошел вплотную к медкапсуле, положил ладонь на оболочку.
Тело Иокасты пришло в норму, никаких ультрафиолетовых ожогов, деформаций или последствий воздействия ИСЧ не осталось. Но как же она на себя не похожа! И дело даже не в том, что она так исхудала. Что-то еще в ней изменилось.
Вдруг Ноэль отшатнулся от капсулы, словно в ужасе, при этом не сводил глаз с лица жены. Ее веки подрагивали вместе со светлыми ресницами, будто она видела беспокойный сон.
Прямо в этот момент ИИ, обладающий знаниями из всех областей медицины, управляет миллионами наноботов, которые находятся в кровотоке Иокасты и исправляют все молекулярные и клеточные повреждения, локализуясь в разных участках организма. Раз в восемнадцать гигатиков активируется встроенный в капсулу сканер, считывая каждую клеточку тела. Данные на голоскрине беспрерывно обновляются.
А Ноэль все таращится на жену. Что же с ней не так?
Он игнорировал суетящихся медиков-киберноидов в бело-синих эластичных униформах с наголовниками. Соизволил обратить внимание только тогда, когда один из них подошел, смиренно склонив голову.
— Домин Нордстрэм, — с почтением начал говорить киберноид-терранец, используя форму вежливого обращения, которая является общепринятой в Регнуме, независимо от социального статуса. — Я обязан осведомить вас, что организм домины Нордстрэм подвергся некоторым изменениям.