— Оставшиеся сопротивленцы, или, как стало принято называть, отступники, из Зема Верби сильно разобщены и не способны в достаточной мере координировать свои действия. Их насчитывается не больше трех миллионов, так что, полагаю, мы должны дать им возможность сдать одного из своих лидеров добровольно. Я имею в виду Максимилиана Агушайя. Что касается Иштара Нардолля, возможно — подчеркиваю: возможно, — он пойдет на сделку, если мы будем гарантировать ему неприкосновенность. В любом случае, пока все диссиденты не будут схвачены, Эфорат[6] Зема Верби, вероятно, приостановит дальнейшее разоружение.
Меняющиеся на голоскрине данные подкрепляли слова верховного стратега. По мере необходимости ИИ принимал запросы от трибунов, и все это было представлено в виде диалогов через визуальные интерфейсы, содержащие интерактивные графики и диаграммы.
Все в Зале притихли, потому что поднятая Ювеналием Санбергом тема — самая болезненная для Экклесии наряду с политическим статусом Альхена и дезертирством троих трибунов.
Повстанческое движение Зема Верби, соседнего империума, который по количеству входящих в него секторов не уступает Регнуму, стало для всех настоящей головной болью. Стремление отступников свергнуть действующую власть в лице Эфората и, соответственно, кастовый строй сочетается с категорическим нежеланием мириться с вмешательством Экклесии во внутренние дела империума, несмотря на… благие намерения союзников.
Сейчас Зема Верби находится на грани военного переворота. Гражданская война, затянувшаяся на многие века, создает серьезную угрозу мировой безопасности. Сопротивленцы, действуя под знаменем Созвездия Восставших, нарушили равновесие не только внутри своего империума, но и во всей Вселенной.
Недавно первый эфор[7], имеющий неоспоримую власть в Зема Верби, был принудительно отправлен в отставку: собственный сын сверг его, что, однако, не убавило решимости отступников установить свои порядки. Их не сломила не только смена лидера Эфората, но и тот факт, что их оба главных идейных лидера пошли на попятную.
Пока никто точно не знают, почему Иштар Нардолль и Максимилиан Агушайя готовы бросить то, за что боролись столько времени.
Как бы то ни было, все участники Коалиции Ста и Пятигранного Союза настаивают на частичной демилитаризации Зема Верби, потому что, если внутренний конфликт зайдет слишком далеко, империум просто уничтожит сам себя. Однако новый первый эфор очень неохотно идет на уступки.
У Ювеналия нет сомнений: Эфорат следует курсу на конфронтацию, и его попытки убедить членов альянса в обратном трещат по швам.
— Также домин Дамалли довел до моего сведения, — верховный стратег кивнул на упомянутого, — что в разведслужбу давно поступают сообщения о…
— Гораздо важнее, что политическая инспирация со стороны бунтовщиков повлекла за собой нарушение Конвенции о неиспользовании любых видов оружия массового поражения. Сейчас Эфорат обязан выплатить пострадавшим нейтральным секторам репарации, а, учитывая экономическую стагнацию, им снова придется брать огромный долг у союзников, — вмешался легат[8] Первой Флотилии Регнума Фабиан-Фелиций Оберг, который является главнокомандующим всех легионов фантомов и у которого находятся в прямом подчинении все примум-центурии.
Сложив руки на груди, Фабиан с прищуром всмотрелся в голограмму. Сжатые в жесткую линию тонкие губы придавали лицу терранца надменно-напряженное выражение.
Зная перфекционизм легата и его бесспорную верность долгу, большинство невольно задумалось над его словами. Никто не боялся спорить с ним, но в то же время Фабиан, всегда собранный и спокойный, пользовался огромным уважением в Экклесии.
— Охота на отступников, смена власти, долговые обязательства… Полагаю, вопрос демилитаризации пока следует закрыть.
— Не перебивайте меня, пожалуйста, домин Оберг. Я еще не закончил.
Но Ювеналия уже перебил эгедиец Шиву-Сибитту Дамалли:
— Мне не хотелось бы произносить это слово, «геноцид», но действия оппозиции, намеренно или нет, представляют угрозу для их собственных граждан. По данным разведки, случаи террористических актов участились, — он поднял белую шестипалую ладонь с серыми пластинами ногтей, давая понять, что не завершил мысль. — Политика сдерживания, предпринятая Эфоратом, как мы может наблюдать, не принесла ожидаемых результатов. Сопротивленцев, возможно, насчитывается всего несколько миллионов, но жертв — миллиарды и миллиарды.