На внутреннем нейроинтерфейсе развернулся навигатор, помогая составить четкое пространственное представление о ближайших районах. На гиперподах или на автоматизированных пешеходных дорожках Мистикорн не рискнул добираться до кампуса. Нахождение на незнакомой планете — само по себе стресс, поэтому может наступить обострение тревоги.
К интер-спейсам выстроились огромные очереди, ранее утро все-таки. Геянские очереди, в сравнении с этими, — ни что! Потому Мистикорн решил воспользоваться службой аэротакси.
Пока беспилотный флаер доставлял его до кампуса, терранец, отрегулировав уровень поляризации, не отрывал взгляда от «обзорного окошка», искренне восхищаясь тем, как избыточность и красота Эльтанина идеально гармонируют с биотехнической эстетикой. Почти все конструкции интегрируются в естественные ландшафты: никаких жестких линий, только плавные, текучие, подвижные структуры, словно подсмотренные во внешнем природном мире.
Мистикорн уже зарекся, что при первой же возможности изучит эту часть Эльтанина вдоль и поперек, посетит все культурные места и достопримечательности. К тому же до начала учебного димидиума будет немного времени.
А сейчас Мистикорна, несмотря на бьющие через край эмоции, жутко клонило в сон, хотя время на планете раннее, еще целый день впереди. Длительный перелет окончательно изнурил. Вдобавок после долгих петатиков на Гее так непривычно, что суточный цикл может быть изменчивым.
***
Как только флаер миновал пропускной пункт, Мистикорн оказался в месте, которое можно принять за гигантский элитный комплекс для отдыха, но никак не за студенческий городок. Это была огромная мегаструктура в виде пирамиды, парящая очень высоко над землей, способная вместить в себя несколько миллионов гуманоидов. Внутри созданы все условия для комфортного проживания, и размеры пирамиды настолько велики, что понадобится более тридцати пяти тератиков, чтобы обойти ее быстрым шагом.
Но, благо, из одного места в другое можно мгновенно добраться через интер-спейсы, натыканные буквально повсюду и работающие исключительно на короткие дистанции. Для телепортации по планете они бы не сгодились.
Мистикорн не мог перестать с разинутым ртом пялиться то туда, то сюда. Вокруг мегаструктуры генерировалось мощное энергетическое поле, предотвращая любые внешние воздействия, природные в том числе. Еще — кругом плавно левитировали на разной высоте обзорные площадки, также защищенные полями. С них можно увидеть всю красоту Эльтанина.
На территории кампуса дезориентированного Мистикорна сразу встретил сопровождающий, которым оказался рослый (что, однако, не совсем типично для данного вида) альхенец с вытянутым безволосым затылком, светло-серой кожей, безгубым ртом и плоским безносым лицом с двумя ноздрями-щелками.
Как принято у альхенцев (если не знатных, то, по крайней мере, не низшего происхождения), этого индивида всюду сопровождал биоробот, таких называют «греи[1]» — похожие на хозяев, только низкорослые, с непропорционально большими головами, с такими же трехпалыми руками, продольным, едва заметным разрезом рта и тонкими телами. Греи прислуживают альхенцам и, в отличие от многих моделей киберноидов, не симулируют эмоции.
— Домин Флиглле, верно? — над запястьем альхенца вспыхнул список с данными.
— Верно.
— Меня зовут Гунуру-хатте, я буду куратором вашей учебной группы по социальной части. С идентификацией при влете в кампус проблем не возникло? — вежливо поинтересовался он. Закрытый темно-серый костюм с жестким высоким воротником сидел очень элегантно на его худом, но не тщедушном теле; раскосые черные глаза без век не мигали.
Мистикорн мысленно отметил: встретить альхенца в пространстве Регнума — редкая удача, учитывая, что этот некогда независимый сектор испытывает большое давление со стороны Экклесии, повлекшее недовольство местного населения.
— Не было проблем с идентификацией? — переспросил куратор, заметив растерянность студента.