- Следуй за мной! - громким шёпотом приказала девушка и, пригнувшись, скользнула по тропинке.
Уже через десять минут она вывела руинам большого поселения. Алёна, прячась за кустом, внимательно разглядывала валяющиеся повсюду камни, в которых при некотором воображении можно было различить остатки стен, колонн. Трава росла между булыжниками древней мостовой. Судя по всему, в далёком прошлом здесь был город. И город нечеловеческий. Слишком уж изящным и сложным был орнамент, вырезанный на камнях. Слишком тонкой была архитектура. Алёна покачала головой, отгоняя пустые размышления. В данный момент важнее были сегодняшние обитатели этих руин, а вовсе не давно исчезнувшие создатели.
И как раз их не было заметно. Казалось, будто в этих руинах вовсе никто не живёт. Но ведь откуда-то взялись молящиеся? Да и Нину привели.
- Как долго тебя тащили в купол? - прошептала воительница, продолжая изучать местность вокруг.
- Не знаю. Не очень долго. Я думаю, минут десять или около того.
Десять минут. Значит, место, где держали пленницу, находится где-то совсем рядом. Но где же? С этого места ничего не видно. Придётся выходить и красться через руины, надеясь, что им повезёт, и никто по пути не встретится.
"Пусть встретится. Я их всех убью."
Мысль промелькнула и исчезла. Алёна перехватила меч поудобнее и быстро перебежала к ближайшим руинам. Спрятавшись за ними, она махнула рукой, подзывая Нину. Та облизала пересохшие губы, зачем-то зажмурилась и рванулась что есть мочи. Глупость такого поведения стала очевидна уже через несколько шагов. Подвернувшийся под ногу булыжник - и невеста плюхнулась на землю, громко ойкнув. Алёна раздражённо зашипела, увидев такое. Все усилия сохранить незаметность пошли прахом.
Так и случилось. Одетые в звериные шкуры люди появились сразу отовсюду. Нина взвизгнула, когда обнаружила множество вооружённых дикарей, бегущих прямо к ней. Она даже встать не успевала. Закрыв глаза, девушка приготовилась встретить смерть. Она почувствовала колебание воздуха рядом с собой, сжалась в комок, но… ничего не произошло. Открыв глаза, невеста увидела рядом с собой лежащего без движения бородача. Нина заворожено смотрела на стремительно бледнеющее лицо и кровь, текущую из открытого рта.
Стальные пальцы схватили за шиворот и поставили на ноги. Нина увидела рядом с собой Алёну. Бешено сверкнув глазами, воительница крикнула:
- Беги по тропинке! Обратно в купол! Спрячься там!
Девушка кивнула и кинулась в указанном направлении. За спиной слышались крики, звон оружия. Нина бежала, что есть сил. Только вбежав под купол, девушка остановилась. Вернее, просто упала наземь, без сил. Сердце колотилось в груди, воздуха не хватало. А в голове мелькали образы расправы над ней, один страшнее другого. Когда силы немного вернулись к Нине, она доползла до выхода и выглянула наружу. Никого не было видно, но издалека доносился шум боя. Вслушиваясь, она поняла, что его источник приближается. Нина настороженно вглядывалась в заросли, пытаясь успокоить бешено стучащее в груди сердце.
На тропинке показалась Алёна. Воительница держала в руке окровавленный меч. Быстро преодолев расстояние до купола, она заскочила внутрь. Увидев сидящую на полу невесту, она скомандовала:
- Поднимайся! Сейчас они будут здесь! Тебе надо отойти от входа… Иди к той статуе!
- Статуе? Я боюсь её!
- Хватит нести чушь! Живо иди туда! Сейчас здесь будут дикари, я должна подготовиться! Бегом!
Противник показался всего через полминуты. Узкая тропа, как и сам пролом в куполе не позволяли подходить большими группами и окружить воительницу. Против нескольких же дикарей Алёна могла продержаться без особых проблем. Она встретила их звериную ярость и когти своей собственной яростью и сталью клинка. Бой вспыхнул быстрый и жестокий. Зверолюди разбились о неё, словно морская волна о скалистый берег. Оставив после себя только кровь и мёртвые тела, дикари откатились назад. Воительница вытерла пот со лба и обернулась. Нина сидела рядом с жуткой статуей, обхватив колени руками. Широко раскрытые глаза испуганно смотрели на телохранительницу.
- Не робей, прорвёмся! - весело выкрикнула Алёна.
Несмотря на несколько неглубоких ран, которые уже затянулись, да лёгкую усталость, воительница испытывала нешуточную радость. Каждая смерть словно бы добавляла ей бодрости и улучшала настроение. Чувство непобедимости усилилось, затмив собой последние проблески хладнокровия. Воительница бурлила от переполнявшей её силы. Она хотела боя, жаждала его всем существом.