Кузнец валялся на земле, беспомощно следя за мертвецом. Наум же приблизился вплотную, поднял дубину к небу и резко опустил. Мощный удар, которым можно дробить камни. Что уж говорить о хрупкой человеческой плоти!
Назар увернулся. Он перекатился в сторону в самый последний миг. Дубина нежити врезалась в землю, разбрасывая в стороны комья размером в кулак. Кузнец же вскочил, словно подброшенный пружиной. Назар ухватился руками за шею противника и, отклонив на миг голову назад, в следующий ударил со всего размаха лбом прямо в переносицу зомби.
Хруст ломающихся костей услышали все, кто стоял на стене. Будь на месте Наума живой человек, такой удар совершенно точно выбил бы из него дух, а, возможно, и жизнь. Мёртвое, однако, не способно умереть вновь, но сила удара поколебала монстра. Мертвец отшатнулся, мотая головой. Он выглядел, как тот, кто сбит с толку, ошеломлён, не понимает, где находится. Назар не стал ждать, пока противник придёт в себя. Кузнец подхватил с травы выроненный молот и ударил. Точно так же, как незадолго до этого мертвец - сверху вниз. Вот только зомби не успел увернуться. Каким бы крепким ни был череп Наума, но удар опытного кузнеца выдержать ему было не суждено. Голова мертвеца будто взорвалась изнутри, осколки костей и брызги мозгов разлетелись на несколько метров. Обезглавленное тело постояло пару секунд, а после плашмя рухнуло вниз.
- Браво! Отличный бой! Поздравляю с победой, - язвительно заметил Спех, демонстративно хлопая в ладоши. - Что ж, можешь возвращаться. Ты заслужил право прожить ещё один день. Кто следующий?
Вопрос вожак нежити выкрикнул, обращаясь к зрителям на стенах. Вот только кузнец не собирался так просто уходить.
- Я буду сражаться дальше! - выкрикнул Назар.
Спех рассмеялся. В этом звуке не слышалось даже нотки эмоций. Так может смеяться камень, если у него вдруг откроется такая способность.
- Нет. Ты уйдёшь. Мы договорились на бой. Ты выиграл. Теперь уходи. Пусть теперь другой проверит свою силушку.
Он замолчал на несколько секунд, наблюдая за действиями кузнеца. Затем медленно произнося слова, спросил:
- Ты хочешь нарушить этот договор? Напасть на меня?
Наблюдатели на стене затаили дыхание. Если Назар атакует Спеха, то нежить точно встанет на защиту хозяина. Каким бы сильным ни был кузнец, против армии нежити ему не выстоять. А укрывшиеся в крепостице люди не успеют прийти на помощь. Да и если успеют, что будет дальше? Спех точно отправит своих подчинённых на штурм. Всё закончится! Все умрут!
Вероятно, подобные мысли появились и в голове кузнеца. Назар глухо прорычал что-то нечленораздельное, после чего плюнул под ноги и, развернувшись, демонстративно забросил молот на плечо и зашагал к воротам. Спех некоторое время следил за ним, после чего снова выкрикнул:
- Так что, кто следующий?
Желающий нашёлся, пусть и не сразу. Один за другим люди выходили на сражение против мертвецов. Кому-то доставался обычный зомби, другим же приходилось противостоять волкам. И далеко не каждый живой одерживал верх. Будь это соревнование, смертные, возможно, и одержали бы победу по очкам. Но тот фарс, что разворачивался перед воротами, никак не влиял на ситуацию. Пародия на гладиаторские бои развлекала только Спеха. Для людей же бои один на один просто выигрывали время.
Алёна следила за схватками, переживая каждое поражение и облегчённо вздыхая, когда человеку удавалось одержать верх. Она чувствовала свою бесполезность, не в силах ничего предпринять для того, чтобы помочь.
Между тем, ещё одна девушка, наоборот, нашла себе полезное занятие. Катерина, наблюдавшая за первым столкновением со стены, тут же ринулась по ступенькам, когда оно завершилось. Едва не переломав себе ноги, она слетела вниз и натолкнулась на окровавленных воинов, которые только-только успели войти через закрывающиеся ворота.
Война - грязное дело. Катерине казалось, что она уже поняла смысл этой фразы после всех пережитых в тайге событий. Но сейчас, нос к носу столкнувшись в вырвавшимися из ада воинами, поняла, насколько наивны были её предыдущие представления. Видя перед собой безвольные, окровавленные тела тех, кто ещё минуту назад дышал, говорил, о чём-то мечтал, верил, видя сочащиеся кровью раны и бледные лица раненых, Катерина мысленно сжалась от ледяного ужаса, сковавшего её.
- Скорее! Раненых тащите в общий зал! Мне нужна горячая вода и чистые тряпки для перевязки! Живо-живо!
Громовой, зычный голос Татьяны развеял иллюзию, овладевшую юной журналисткой. Слова женщины были обращены не к ней, но девушка сама не сознавая, что делает, шагнула вперёд, подхватывая раненого бородача, зажимающего левый разодранный бок.