-Да я не…
Саша хотела сказать любимому, что не в претензиях она ни разу. Нравится всё в нем. И грубость некая, и властность в разумных пределах. Так нравится, что за все шестнадцать лет разлуки ни одной мысли не возникло об измене или чему-то подобном. Идеален он для нее. Весь словно бы под нее выточен.
Это она бракованной оказалась…Дефектной.
-Мам, ты чай пьешь с сахаром? – Прокричал из кухни Захар, перебивая ее неуверенную поправку.
-Без, Захар. Можно с лимоном, если не трудно. – Успела ответить сыну, пока не задохнулась от действий Демьяна. Тот в наглую залез ей в вырез шерстяного платья и довольно жестко провернул в пальцах затвердевший сосок.
-Что ты делаешь? – Прохрипела, в груди выгибаясь. – Дети увидят.
-Ты думаешь, они не знают, чем их родители занимаются за дверями спальни? – Муж продолжал ее мучить, доводя до исступления.
-Демьян, пожалуйста… - Прохныкала ему в ухо. – Давай ночью…
-Ловлю тебя на слове. – Облизал ее губы, словно бы печать на устном соглашении ставил. Не оставляя ей права пойти на попятную.
-Мам, это божественно. – В комнату вошли парни, неся в руках подносы с десертами и заварочный чайник. Захар уже успел продегустировать штрудель – об этом говорил измазанный сахарной пудрой рот. –Ты где так готовить научилась?
-Да, мне тоже интересно. – Присоединился муж. Он сидел, как ни в чем не бывало, тогда как Саше не хватало воздуха от его недавних подлых манипуляций.
Конечно, Демьяну интересно. В восемнадцать лет она его кулинарными шедеврами не баловала. В ее арсенале было всего несколько простейших блюд: яичница, овсянка да легкий суп. Даже картошка у нее всё время подгорала, сколько бы Саша не старалась.
А потом, уже после побега, судьба свела ее с Александром Павловичем, всю свою жизнь прослужившим куком на судне. Он-то ее всему и научил.
Но не рассказывать же обо всем этом присутствующим?! Возникнут вопросы…
-Я редко готовлю, на самом деле. Мне одной много не надо. А потом, когда с Ли… - Ну вот. Об одном умолчала, второе прорвалось. Кто б ей раньше сказал, что хранить тайны – это такая сложность. Мозги ж на пределе всё время, закипят скоро.
-Когда с кем? – Уцепился за нечаянно оброненное начало фразы муж.
Что-то Саше нехорошо…
-Я…Вы кушайте, совсем забыла, мне по работе позвонить надо. Я быстро. – Александра вскочила со стула и, пока ее никто не вздумал останавливать, поспешила в прихожую.
-Куртку накинь! – Донеслось вдогонку грозное от Демьяна.
Это легко. Это она запросто. Лишь бы устроить себе недолгую передышку от огня перекрестных взглядов.
***
-Здравствуй, милая! Как ты? – Выдохнула Саша в трубку, едва удалось найти связь, отойдя на приличное расстояние от дома.
-Тётя Саша! – Обрадовались на том конце. Хоть и звучало это не весело из-за слишком явной слабости и боли в родном девичьем голоске. – Вы давно не звонили, я уже беспокоиться начала.
-Что ты, детка, я же тебе писала: всего лишь командировка. Скоро уже увидимся. Лучше расскажи, как ты себя чувствуешь?
-Да лучше всех, тёть Саш. Ваньке из соседней палаты родители сегодня шахматы притащили, я два раза в дамках. – Девочка говорила с такой наигранной легкостью, что Саша зажмурилась, чувствуя ломоту в затылке. Болеющие дети – чистилище на земле.
-Ванька просто не знал, что рискнул играть с гроссмейстером. – Произнесла Александра преувеличенно горделивым тоном. – Может, тебе что-то нужно? Книжки, настольные игры? На ноутбуке интернет хорошо работает? Ты только скажи, Лизунь, тебе завтра же привезут.
В трубке молчали.
-Ничего не нужно, тёть Саш. Возвращайся скорее. – Девочка громко сглотнула.
-Уже очень скоро, моя хорошая. Скоро всё закончится. Ты выздоровеешь, и мы пойдем с тобой в парк на аттракционы, как и договаривались, хорошо? – Сашин голос даже не дрожал. И слез не было. Говорят, самое страшное горе – это когда не плачется.
-Хорошо… - Лиза замолкла на полуслове. Александра оторвала телефон от уха, чтобы посмотреть на время. Наверное, обезболивающее вкололи. И тут же догадки ее подтвердились.
-Александра Георгиевна? – Спросил учтивый женский голос.
-Воронцова. – Представилась Саша. - С кем я разговариваю?
-Лена Васильева, медсестра. Лизочка заснула.
-Как она себя чувствует, Елен? – Не преминула возможностью уточнить Саша. Она, конечно, каждое утро получала по почте данные ее анализов от лечащего врача, но цифры - это одно, в любом выздоровлении куда важнее психологическая составляющая и настрой пациента.