На каждого дохлого мага пришлось ровно по двадцать пять штук и лишь рыцарь с единственным личем смогли пережить атаку, пусть и заплатили за это значительную цену — доспехи первого дымились десятком с лишним пробоин, конь пал, а шлем слетел; от лича же осталась одна парившая в воздухе черепушка. Оценив результат, одаренные рядом даже на несколько мгновений приостановили нападение.
— Ого! — удивленно воскликнула Шэринара. — Что это за заклинание, учитель Эрданиол⁈
— Первое и единственное в своем роде высшее площадное заклинание школы целительства за моим авторством, — с легкой гордостью ответил магичке, — я назвал его звездопад.
— Потом расспросишь учителя — добиваем гадов! — воскликнула Виэрта и последовала собственному совету.
Лича добили почти мгновенно — потеряв большую часть тела он сильно сбавил в мощи и не смог противостоять одновременным атакам, а вот рыцарь смерти успел подняться на ноги и развернувшись, принялся удирать, сразу оценив собственные шансы на победу в одиночку. Тем не менее, далеко он не убежал — земля под латными сапогами разошлась и поглотила по грудь, зафиксировав на месте и сделав легкой целью. Ранее сделать так не представлялось возможным — под ним все было пропитано смертью, но сойдя с места, рыцарь сам подписал приговор.
Спустя минуту пал и командир нежити, но битва на этом отнюдь не закончилась — нам пришлось спешно переключаться на истребление его армии, всё еще остававшейся многочисленной и уже добравшейся до края стены. Наш отряд вовсю рубился с порождениями некромантии и лишь присутствие глыбы голема, что периодически сметал своей оглоблей верхний слой вала из мертвой плоти, не позволяло им перехлестнуть через край.
Отпустив Ниссу на охоту теперь, когда наиболее опасные враги оказались выбиты, я не последовал примеру переключившихся на зачистку тварей коллег, а вместе с Виэртой спрыгнул вниз — применив соответствующее плетение для плавного снижения, конечно — и поспешил к постоянно увеличивавшейся группе раненых, которых оттаскивали через задние ряды, спеша заняться своими непосредственными обязанностями. Вся неприятность сражения с нежитью, дорвавшейся до ближней свалки — неминуемость большого количества пострадавших даже при значительном преимуществе в обороне, причем, характер ран будет весьма обширен и неприятен, начиная от буквально выжранных кусков плоти и заканчивая заражением различными болезнями, не упоминая очевидного трупного яда.
— Старейшина, самые тяжелые здесь! — усмотрев моё приближение замахал рукой один из орков, только что уложив на подстилку неподвижное тело наемницы среди кучи других.
— Займусь! — кивнул в ответ, на ходу плетя сразу два разных заклинания.
В следующий момент от меня разошелся круг мягкого золотистого сияния, принося видимое облегчение солдатам в сознании и дающее гарантии, что никто из них не отправится на тот свет до получения соответствующей помощи, а пучок серебристых нитей из правой ладони змейками скользнули к лежащим на земле, впиваясь в грудь и спустя несколько секунд обработки большого массива информации первичного обследования каждого, я определил наиболее тяжелых и принялся за привычную работу. Очистка раны от всякой дряни, восстановление переломанных костей, стягивание плоти, приращивание оторванных/отгрызенных/отсеченных конечностей, переход к следующему.
Грязная и монотонная работа, такая привычная и навевающая воспоминания, но вместе с тем не требующая большого сосредоточения — я действовал почти механически, лишь иногда перебрасываясь с ученицей короткими репликами по распределению того или иного бойца и оставив все остальные заботы на других магов. Шум сражения от стены постепенно стихал, новые раненые поступали всё реже, пока редкий ручеёк не иссяк вовсе, позволив облегченно вздохнуть и с кряхтением разогнуть порядком затекшую поясницу, опершись на паривший рядом посох и прекратить поддерживать довольно затратное плетение. Сияние вокруг меня угасло к вящей досаде исцеленных. Для армейского целителя аура жизни является одним из неотъемлемых инструментов профессии, интенсивность которого можно настроить индивидуально в считанные секунды в зависимости от ситуации и несмотря на первоначальный источник — хоть что-то хорошее осталось от проклятых ушастых — применяется повсеместно, а бледное его подобие могут сотворить даже недавние ученики. Пусть эффективность будет на минимальном уровне, так как опыт имеет значение не меньше размера запасов маны.