Смена положения позволила мне наблюдать, как падавшие вниз сгустки бомбардировали проклятого дракона один за другим, все уменьшая промежутки между столкновениями и превращаясь в натуральный ручей света. Они двигались слишком быстро, а враг находился на земле и из-за своего размера не обладал достаточной мобильностью, как раз имевшейся в воздухе, чтобы попробовать увернуться. Весьма забавно, что одно из главных преимуществ в битве превратилось в значимый недостаток, а нацеливание звездопада на уникальную ману врага исключало промахи. Пока дракон оказался занят, я не забывать подготавливать новый удар, практически уверенный, что и этого не хватит, чтобы поставить уверенную точку в битве, несмотря на достигнутый успех.
Может быть с молодой рептилией такое и сработает, но не древней тварью, пока не показавшей все свои возможности. Наученный большим горьким опытом, я отказывался верить в собственный успех. Скорее, он утратил часть боевых навыков против действительно опасных магов — эльфийские войны выбили лучших, а текущее поколение мало что сможет противопоставить подобному гиганту — и просто проворонил момент, когда я зашёл с козырной карты раньше ожидаемого.
О, дракон защищался: возводя различные щиты один за другим, не выдерживавшие больше двух-трех попаданий; закрывался огромными крыльями, быстро получившими множество обожженных дыр в коже перепонок; пытался выпускать огненное дыхание в ответной атаке вверх, чтобы хоть на мгновение замедлить сияющий поток и еще больше лишаясь рогов и даже части чешуи на морде, но ничего из этого не помогало надолго, пока вокруг дракона не возникла переливавшаяся всеми цветами радуги сфера, только подтверждая ожидания. Она смогла выгадать гиганту короткий отрезок времени, выдержав попадания и последующие взрывы, пока я не выдавил из себя дыхание света, чувствуя, как начинаю выдыхаться физически, а глубоко в груди поселилось ощущение жжения, перекрывавшееся лишь раскаленным амулетом, что продолжал на самом пределе прочности фильтровать ману, поглощавшуюся мной из окружающего пространства. Буду очень удивлен, если на месте его прикосновения к коже не образуется солидный ожёг.
Вырвавшиеся из миниатюрного светила над головой, дождь из сияющих копий под моим управлением точечно пролился на защиту — отделённая малая часть дестабилизировала работу ближайшего портала — и наконец истощил, позволив остаткам сгустков достигнуть своей цели, но даже в творившейся вокруг вакханалии магии и света, я учуял что-то необычное, а в следующую секунду огромная туша исчезла, растворилась в воздухе! Звездопад пролился на землю, вздымая клубы пыли и дыма, лишая возможности видеть происходящее на многие десятки метров вокруг, а потом сквозь них ударил поток первозданной тьмы. Слишком быстро и обширно, чтобы получилось среагировать вовремя! Меня подхватило, закрутило, вызывая головокружение и желание расстаться с содержимым желудка, лопнув одну за другой целых шесть защит и выкинуло далеко в стороне. В виски тяжело и быстро стучала кровь, почти заглушая звуки в целом ухе, а голова оказалась как в вате.
Титаническим усилием успев восстановить нарушившийся полет у самой земли и принять вертикальное положение благодаря посоху, я взглянул туда, где по-прежнему ощущался враг и вовсе не обрадовался увиденному — вместо огромной чешуйчатой туши дракона, в воздухе парил седой старик в алом балахоне, казавшийся крохотным на таком расстоянии. Всё-таки осознал, что по большой цели намного легче попасть и знаменитое сопротивление магии драконьей чешуи не слишком хорошо помогает против действительно мощных заклинаний. Дальше будет значительно сложнее.
Быстрый взгляд на находившийся далеко в стороне отряд показал, что они уже схватились с толпой драконидов и не испытывали особых проблем, в основном помогая големам делать фарш из нападавших на расстоянии с помощью стрел и магии. Несмотря на продолжавший работать второй портал, приток прислужников дракона уменьшился и преимущество в количестве оказалось на стороне наемников с орками, медленно продвигавшихся к зелёной воронке. Справятся.
Короткий перерыв позволил мне собраться с силами и чуть остыть игравшему в Мёртвых Землях критическую роль амулету — чтобы не дать выйти из строя, большую часть нагрузки по фильтрации маны пришлось перекинуть на посох, хоть он и не предназначался исключительно для подобного использования, обладая куда меньшей результативностью. Стремительно отправив во врага один за другим подготовленные молоты духа и завершив серию молотом Ворта, я досадливо поморщился, магическим зрением наблюдая, как дракон нейтрализовал первых чем-то из некромантии, использовав в качестве подпитки внешний фон, а под второй поставив дисковой формы щит, выдержавший как раз три полновесных удара. Опытный гад! В этой форме филигранность применяемой магии явно давалось легче, чем в естественном виде.