Я слышала, что входная дверь открылась. Значит, новый посетитель или, может быть, просто случайный прохожий, решивший укрыться от непогоды. В любом случае, Крис и Ричард внизу, значит, смогут и помочь, и посоветовать.
Я осторожно перелистывала страницы, стараясь сохранить жизнь этой книги еще на какое-то время, и совсем не услышала шаги рядом.
— Александра!
— Ниран! — я опустила ноги и бережно положила томик на подоконник, — как ты здесь оказался?
— На такси, — как обычно, лаконично ответил мой бывший подопечный.
— Я так рада тебя видеть, — в этот раз я нисколько не сомневалась и обняла мальчика, прижимая его к себе крепко-крепко. Он пах мастерской, кожей, пряностями и снегом.
— Ты меня задушишь, — немного деланно пробурчал Ниран и тут же заговорщицки улыбнулся, — я кое-что принес.
— Что же?
Мальчик достал из пакета широкую обувную коробку и протянул мне.
— Моя… гхм… первая работа. Надеюсь, тебе понравится, Алекс.
Я взяла коробку дрожащими руками и только сейчас заметила за спиной Нирана стоящих у двери Криса и Ричарда. Мой гид подмигнул мне. Я открыла коробку и…
— Это тапочки…
— Ну, да, — Ниран сильно смутился и стал теребить порядком отросшие волосы, — я еще только учусь, начинаю пока с самого простого, но…
— Тут даже есть вышивка, — прошептала я.
— Да, простой бисер, но…
— Они идеальны!
Ниран робко улыбнулся, а я смотрела на такой ценный для меня подарок.
— Эй-эй! Алекс, чего это ты? Ты что плачешь? — Ниран пытался заглянуть мне в лицо, которое я закрыла одной рукой, другой же крепко прижала к себе коробку. — Ну, если бы я знал, что ты расстроишься, я бы их не принес.
Я поставила коробку и снова обняла его.
— Спасибо. Это самый ценный для меня подарок. Я буду носить их каждый день и сотру до дыр, но даже тогда не выброшу, а буду хранить, пока существует Вечность.
— Ну, ты даешь, Алекс, — пробормотал мальчик, но я знала, что он польщен.
Когда я немного успокоилась и перестала попеременно то обнимать Нирана, то рассматривать свои новые тапочки, мы сели за стол все вчетвером. Крис успел сбегать к Джо и принес порции вкусного жаркого.
Этот снежный день запомнился мне, как и многие до него, своими сюрпризами, объятьями и теплом обретшей покой души. Моей души. Мне кажется, что именно в день своего первого снега в Низшем городе я перестала тосковать о своем доме, в день искреннего подарка Нирана я перестала вспоминать с тяжестью в сердце моих родных и немногочисленных друзей, в этот день радости и тепла, не смотря на холод на улице, я поняла, что дом — это не место, это люди и их улыбки, их звонкий смех и сияющие глаза.
17
Дни в Вечности летели так же, как и при жизни: быстро, мимолетно, превращаясь со временем в размытые пятна. Что-то стиралось из памяти, что-то, наоборот, сохранялось. Словом, жизнь, как это ни странно, продолжалась. Лишь с одной большой разницей. Время ничего не значило для нас. Часы, минуты и недели — лишь пустое слово, полное и совершенное «ничто».
— Крис? — я стояла перед зеркалом и скептически рассматривала свое отражение.
— Чего?
— Я ведь навсегда останусь такой, как сейчас?
Мой гид выглянул из-за двери, держа в одной руке свитер, а в другой — джинсы.
— Ну, да…
— Это ужасно.
— Почему это?
Крис принялся одеваться, одновременно, то ли расчесывая, то ли пытаясь пригладить волосы пальцами на ходу.
— Я не узнаю, каково это постареть.
— Чокнутая!
Я улыбнулась ему. Может, и так. Но и при жизни я никогда не уделяла особого внимания возрасту. Да, я взрослела, года шли, но разве это не естественный ход времени?
— Я только сейчас поняла, что все это время я видела множество пожилых людей и стариков. Неужели, и они тоже…
— Алекс, — Крис обхватил мои плечи, — люди, попадают сюда в том же возрасте, в котором они погибли. И в Низшем городе они остаются в том же самом виде. Даже если бы тебе было на момент смерти 120 лет, здесь бы ты выглядела на 120 лет, не больше и не меньше. Однако, здесь нет болезней, так что радикулит бы тебя не мучал.
— Это ужасно. Быть вечно дряхлым стариком… Но еще ужаснее быть вечно ребенком…
Я закрыла лицо руками. И как я раньше не подумала об этом?
— Все не так уж и плохо. Так только в Низшем городе.
— Что это значит? — я вышла из ванной комнаты и села рядом с другом за стол.
— Когда человек получает возможность отправиться в любой другой город, там он может быть кем угодно, хоть взрослым, хоть ребенком. Я как-то слышал, что кто-то травил байки, что стал на сутки птицей в Третьем городе. Но, думаю, это все ерунда.