Несколько раз меня навещал Ниран в библиотеке. Мальчишка был доволен своими успехами и похвалой мастера, который доверял ему уже более ответственные задания. Кроме того, старушка Энн (так я называла ее про себя) стала нашим завсегдатаем, предпочитая общаться преимущественно со мной.
Шли дни, и я уже не считала их. Возможно, скоро я не буду обращать внимание и на смену времен года, настолько неважным это будет.
Сегодня я вышла из своей квартиры и обнаружила на полу знакомый конверт. На нем было мое имя, поэтому я быстро его распечатала.
Это оказалось ничто иное, как очередное приглашение в Третий город. Просто удивительно! И чем только я могла его заслужить?
Я постучала в дверь Криса, не очень-то надеясь. За последнюю неделю я видела его дважды и то мельком. Так и оказалось. Он опять не ночевал дома.
Вздохнув, я пошла на работу. Конверт грел душу, и я представила снова это странное место, где, кажется, ты можешь сделать все, что твоей душе угодно.
В библиотеке был один Рич, а мне ужасно не терпелось поделиться. Зеленоглазый выслушал меня и сказал, что довезет до нужного места. Не предложил, нет, просто сказал, как нечто само собой разумеющееся. Вот же! Хотя мне было приятно, все же отправляться туда в одиночестве не хотелось.
Я решила не откладывать своё однодневное путешествие, и, так как мой гид снова пропал, вечером после работы поехала к границе Третьего города.
Я уже и забыла об этой громадной пустыне. Но, что хуже всего, я забыла о людях, безуспешно пытающихся попасть через границу. Стоило мне выйти из машины, как я увидела его. Мужчина средних лет с начинающейся проседью сидел прямо на песке, держась руками за голову, и что-то причитал.
— Иди вперед, не обращай на него внимания, — сказал мне Рич, но я не могла. Этот человек… Я никогда не видела здесь, в Низшем городе, отчаявшихся людей, а он явно был на грани.
Я подошла поближе и присела рядом.
— С вами все хорошо?
Рич тоже стоял рядом, но не вмешивался. Хотя я чувствовала его неодобрение.
Мужчина поднял на меня красные глаза и покачал головой, а потом резко встал и стал стучать руками по невидимой границе, он то разбегался и бежал вперед, то отчаянно кричал, но стена между городами была крепка, и попасть туда без приглашения было невозможно.
Я вытащила свой конверт и посмотрела на именное приглашение. Может быть, и получится…
— Извините… Эй! Извините?
Мужчина рассеянно посмотрел на меня, словно и не ожидал, что тут кто-то может быть, кроме него.
— Это… я… ну, вот, возьмите! — выпалила я, и протянула ему свой конверт.
Он смотрел на него не меньше минуты, то ли не понимая, что я ему предлагаю, то ли не веря, что все это происходит на самом деле.
— Алекс… — начал было Рич, но я просто отмахнулась.
— Возьмите, — повторила я, — я отдаю вам свое приглашение в Третий город. Я не знаю, зачем вам туда, но, насколько я вижу, это очень важно, а я могу и потерпеть, я ведь ничего и не сделала, чтобы его заслужить.
Мужчина тут же выхватил у меня конверт, словно боялся, что я могу передумать и прижал его к груди. Я видела, как тяжело он дышит. Это было ужасно.
— Алекс, — Рич взял меня за руку, — это так не работает…
Но зеленоглазый тут же осекся, потому что на наших глазах на моем конверте стали меняться буквы, и мое имя, написанное размашистым каллиграфическим почерком, превратилось в совершенно иное — Уильям Стир.
— Ничего себе! — сказал Рич, — никогда такого не видел и не думал, что это возможно. Наверное, все дело в искренности желания…
Но я его не слышала. Я наблюдала, как меняется лицо Уильяма. Он засмеялся, так громко, что я даже испугалась, а потом вдруг заплакал.
Рич снова потянул меня к себе. В общем-то, нам тут больше нечего было делать, но я хотела удостовериться, что мужчина благополучно пройдет границу. Он и не заставил нас ждать. Вытерев мокрое от слез лицо, он разбежался и… исчез за невидимой глазу стеной.
— Александра…
Я думала, что Ричард сейчас начнёт издеваться, а то и вовсе назовёт дурочкой, но нет. Зеленоглазый улыбался, в его взгляде было неподдельное восхищение.
— Что?! — чересчур громко спросила я. Мне все больше и больше становилось неловко от такого его взгляда. Уж лучше бы он снова был равнодушным и суровым, как тогда, в разговоре с Крисом. Тогда я знала, что делать и как себя чувствовать, а сейчас терялась.