— Восемь кадавров — солидная сила, — нахмурившись, произнес стоявший рядом Асахир, — стоит выбить их в первую очередь, не позволив пробить бреши в стене и затем гулей.
— Гулей? — вопросительно вздернула бровь Дирона. — Разве не стоит сосредоточиться на выбивании Рыцаря Смерти, представляющего куда большую угрозу, владеющего сильной магией и превращающего всю эту орду в организованное и смертоносное войско?
— Как будто он станет подставляться под удар, а вот гули обладают очень неприятными способностями карабкаться по стенам и магией парализовывать раненых, создавая конкретную угрозу выстроенной обороне.
Магичке оставалось только кивнуть, признавая правоту собеседника и сосредоточиться на стремительно приближавшемся враге. Повисла напряженная тишина и все взгляды устремились вперед. Спустя несколько минут почти ровные ряды нежити пересекли невидимую черту, отсекавшую максимальную дальнобойность магов и на них хлынул настоящий поток заклинаний, преимущественно огненных с вкраплением света. Битва началась.
Естественно, обладавший полноценным разумом враг не дал просто так выкосить своих мясных пешек и с огромным всплеском маны, ощущаемым обычными чувствами без помощи плетений, вперед хлынула темная дымка до этого момента прикрывавшая мертвое войско, сгущаясь и становясь стеной мрака перед волной атакующей магии. Стихия огня влетала в нее и… стремительно погасла, нанеся существенно меньше вреда, чем можно было ожидать от слаженной атаки больше десятка одаренных. Конечно, включая в этот список шаманов, большей частью действовавших через призванных духов и артефакты, но свою ограниченную лепту они вносили. Больший эффект возымели три плетения от боевых магов, сконцентрировавшие лучи светила и ослепительными столбами пронзившие мрак, значительно повредив сразу двух кадавров, уничтожив нескольких гулей и находившуюся возле них мелочь из массовки.
Именно ради определения эффективности типов атаки я и попридержал собственное вступление в битву и сейчас мог действовать более избирательно, активировав вполне определенное плетение в посохе. Артефакт выскользнул из руки и под моим контролем завис над головами группы коллег, а большой сапфир на конце начал светиться, с каждым мгновением набирая силу. Очень быстро достигнув предела мощи и буквально затмив солнце в небесах по яркости, он вспыхнул и выпустил сотни сияющих копий широкой волной в сторону продолжавшей неудержимо наступать армии нежити. В ответ на атаку полог тьмы еще больше сгустился, практически исключив возможность увидеть отродий некромантии за собой, но даже подобная мера не смогла сдержать дождь из сияющих копий — снаряды впивались в защиту и прорывали ее, сразу сделав похожей на решето.
Не все — часть гасла истратив на это всю вложенную ману, а перед некоторыми в воздухе появлялись темные обода с зеркальной пленкой и полностью отражали в сторону еще больше уменьшая эффективность дыхания света. Что-то похожее на примитивный зеркальный щит без функции возврата атаки отправителю, но с возможностью концентрации на множестве целей? Весьма результативное, причём — на беглый взгляд только две пятых снарядов достигли цели, сократив количество кадавров до трех и слегка проредив мясо, вопреки моим ожиданиям более масштабных последствий.
Подобная эффективность в обороне заставила нахмуриться — пусть рыцарь смерти возможностями способен помериться с лучшими из лучших людских магов в дополнение к большей магической мощи, не стесненной рамками бренной плоти, но даже мертвый разум имеет определенные ограничения функционала и не должен успеть среагировать на множество угроз индивидуальными контр-заклинаниями одновременно с площадной защитой. Либо одно, либо другое.
— Что-то магическая эффективность рыцаря смерти просто запредельна и не совпадает с классификацией гильдии, — нахмурился Риворастэ и нервно одернул рукав белоснежной мантии, первым уловивший данный нюанс, пока остальные маги использовали появившиеся бреши для повторной атаки.
Кстати, его молот духа почти не встретил препятствий, проделав в нападавших целую просеку и доказывая эффективность гибрида некромантии с целительством в борьбе с нежитью, пусть у последней ошметки души и мертвое тело, но связи между ними разрываются даже лучше, чем у способных сопротивляться живых.
— Скорее всего, ответ имеется простой — в этой армии мертвых в наличии не только рыцарь смерти, но и другие существа, способные использовать магию, — недовольно поморщившись отозвался Асахир и оценив удар некроманта, тоже переключился на молот духа, — либо это результат применения артефакта, что тоже нельзя сбрасывать со счетов.
— Не имеет значения — сейчас нам необходимо как можно сильнее проредить тварей до приближения к стенам, — сквозь зубы процедила Шэринара, полностью сосредоточенная на атаке в накатывавшую стену темного тумана с едва различимыми силуэтами.
Я только кивнул на её слова — толпа неостановимого потерями «мяса» сейчас для нас гораздо опаснее, чем даже очень сильные магические атаки, так как рядовые бойцы больше заточены действовать против живого противника, а не мертвого и в условиях количественного преимущества последних мгновенно начнут нести невосполнимые потери, скорее всего, сразу же вставая в ряды врага. Имеющаяся концентрация маны определенной направленности этому отлично поспособствует, а защитные амулеты не у всех достаточно хороши, чтобы обеспечить неприкосновенность тела.
После использования масштабной атаки я сосредоточил посох на одиночных ударах лучами света по еще оставшимся в строю хорошо различимым уродливым великанам и вырвавшимся вперед большим гулям, за счет бега на четырех конечностях, обгонявшим более медлительных мертвяков. Орда неумолимо приближалась, несмотря на старания одаренных и очень скоро к битве подключились лучники, отправляя в наиболее близкие цели стрелу за стрелой. Естественно не простые, а должным образом зачарованные — наконечник в полёте вспыхивал и попадая в нежить, продолжал полыхать и поджигать мертвую плоть вокруг себя. Асахир с лихвой воспользовался глубокими запасами племени.
С неба неожиданно полился поток мягкого золотого света придавая уверенности и силы, а откуда-то снизу раздался целых хор пронзительно-потусторонних воплей боли, впрочем, быстро оборвавшийся. Я только хмыкнул — сделал ход завершивший молитву жрец проведя освящение земли в кольце стены, разом уничтожив какое-то количество наиболее быстрых призраков и напрочь исключив возможность неожиданного нападения бестелесных тварей снизу. Очередное подтверждение наличия таланта командира у главной нежити, додумавшейся придержать основную часть войска и использовать более мобильные части для удара в центре. Против магов, не ожидавших атаки из-под земли могло и сработать.
— Да сколько их там⁈ — в сердцах воскликнула Дирона спустя пару минут магической вакханалии, наверняка озвучивая мысли многих в отряде.
Передние мертвяки падали, сжигаемые огнем, в прах испепеляемые светом, разрываемые взрывами, разрубаемые на части воздушными лезвиями и просто разваливаясь на части без видимых причин или мгновенно превращаясь в окончательно мертвую груду останков, но на их место вставали новые. В этот момент стало окончательно ясно, что с количеством мертвяков мы сильно ошиблись в меньшую сторону — уже пало около трёх сотен, но они всё не кончались и продолжали переть вперёд, подгоняемые волей рыцаря смерти. Такими темпами ещё минуты три и нежить окажется прямо под стенами, всё же начав штурм. Общая защита же над врагом продолжала держаться — истончившаяся, пробитая во многих местах, но упрямо пытавшаяся восстановиться и из глубины построения врага начали прилетать боевые заклинания, вынуждая щитовика отвлекаться на их нейтрализацию.