— “Сафаит, Сафаит, нашел я место, где вечерами находится Учитель. Недалеко, в Гефсиманском саду”. — Ну, Иуда, молодец. Вот тебе тридцать серебреников, живи и радуйся”.
Зашел Пилат с Антипой, они посмотрели на Иуду. “Собака, вон отсюда. Пес ты уличный и предавший своего хозяина”. Иуда выскочил. “Сафаит, это — дело твоих рук?” — “Что вы имеете в виду?”— “Покушение на Иисуса?” — “Нет, нет, просто какой-то умалишенный бросился на Него”. — “Нет, ты нам дай понять, кто умалишенный: ты или тот человек? Введите сюда того мерзавца”. Ввели преступника. “Скажи нам — эта сволочь тебя подкупала на убийство?” — Да, — ответил тот, опустив голову, — он мне дал два динария и попросил, чтобы я убил лжепророка”. Ирод не выдержал: “На цепь его и в самый холодный подвал, к Варавве!” — “Нет, нет, только не к Варавве”. — “Стража, уведите”. — “Сафаит, у меня такое желание, но оно исполнится, клянусь. Будешь ты в руках Вараввы”.
Открылась дверь подвала, преступника ввели. “Варавва, принимай брата своего, ибо в деяниях своих он похож на тебя”. — “Чем же он похож?” — “Иисуса, друга твоего, ударил ножом”. — “Что-о-о? А ну иди, иди сюда”. — “Варавва, я не виновен. Иисус жив, жив, я лишь в руку попал”. — “С Иисусом был мальчик Давид, он жив?” — “Я его не знаю, но видел какого-то юношу с Ним. Он был живой”.— “Кто тебя заставил это сделать?” — “Сафаит, он желает смерти лжепророка”. — “Что ты сказал, лжепророка? Ты веришь в Бога?” — “Нет, я не верю”. Варавва накинул ему цепь на шею. “Сейчас поверишь, ибо я предоставляю тебе возможность встретиться с Ним и побеседовать о Его Сыне. И передай Господу, что с каждым будет так, кто поднимет руку на Сына Божьего”. И он начал сдавливать цепь все туже и туже. Началась предсмертная агония, и вскоре тело обмякло. “Прощай и до встречи. Господи, прости меня еще раз. Стража, заберите вновь прибывшего. Мне кажется, что он умер, ибо все время хватался за сердце и говорил, что там у него что-то болит”. — “Ну ты даешь, Варавва, как ты смог так быстро это сделать?” — “Не я. Господь призвал его к себе”. — “Дай руки”. — “Что, отрубить хотите?”— “Нет, Антипа приказал снять с тебя цепи”. — “Ну, большое спасибо ему и низкий поклон”. — “И вот еще что, но чтобы никто не знал: возьми мелех — Корнилий тебе передал”. — “А-а, кстати-кстати, я попрошу вас: выведите меня, я хочу увидеть белый свет, ибо зрение мое угасает”. — “Выходи, только не надолго”. — “О, Господи, как прекрасно смотреть на голубое небо. Мне кажется, что солнце улыбается мне и говорит со мной”. — “Посидишь еще здесь и не так заговоришь”. — “Ш-ш, дорогие, недолго осталось мне здесь быть. Скоро, очень скоро я буду на свободе. Во сне было сказано: Варавва, скоро тебя отпустят”. — “Заводи его. Мне кажется, он уже не с нами говорит, а с Господом Богом. Варавва, пойдем”. — “Да-да, идемте, а то мое вино проклятые крысы выпьют”. Варавва был как никогда доволен. То ли вино на него так действовало, то ли душа брала свое.
После покушения Иисус вел себя в толпе осторожно, да и Ученики окружали Его всегда. Не отходили ни на шаг. “Исса”. — “Да, Давид”. — “Позавчера, когда мы отдыхали в масличном саду, мне показалось, что я видел Иуду Искариота”. — “Почему же ты раньше Мне не сказал?” — “Знаешь, я думал, что мне приснилось. Он был не один, с ним были два воина”. — “Все-таки выследил, — подумал Иисус, — но ко Мне подойти боится”. — “Что ж, Давид, спасибо. Нам всем сейчас нужно быть начеку и главное, не впадать в панику”. — “Иисус, а они могут Тебя арестовать?” — Да, Давид, они все могут, ты уже убедился”. — “Наставник, сейчас нужно каждый вечер выставлять охрану. Нам нужно спасти Тебя”. — “Симон, на кресте Я буду спасен”. — “Учитель, мрачно Ты говоришь. Неужели приближается уже то время?” — “Да, оно в двух шагах от нас и от наших деяний, и оно приближается не для того, чтобы убить или уничтожить, а утвердить и возвысить нас своим соприкосновением с нами”,
И в этот момент появилась толпа “охотников” из книжников и первосвященников. Их вел Иуда.
“Ученики Мои, ведите себя достойно. Никаких конфликтов не должно быть, мы должны показать себя с хорошей стороны”.
Первыми подошли воины Сафаита. Один из них дважды ударил Иисуса. “Ну, Сын Божий, мы пришли за Тобой”. — “Я вижу”. Последовал еще удар, Иисус упал. К Нему подбежал Иуда. “Учитель, Учитель, прости меня и встань”. Иисус встал. “Нет, Иуда, проси прощения у души своей”. Иуда обнял Иисуса. “Уйди от Меня, ибо однажды ты Меня уже целовал, показывая тем самым слабость свою”. — “Воины, берите Его и ведите к Сафаиту, он будет решать, что с Ним делать дальше”. — “Сейчас Я попрощаюсь со своими братьями и лишь тогда пойду с вами. Давид, быстро уходите отсюда с Иосифом. Александр, Петр, ведите всех Учеников в Иерусалим”. Удар пришелся по спине. “Голодранец, идем, хватит, прощаться с ними будешь в другом месте”. Петр не выдержал и ударил одного из воинов. Было положено начало потасовке, все вокруг перемешалось.
— “Учитель, беги, уходи, Наставник”. — “Не дано Богу уходить от своих чад”. Еще последовал удар по голове. Из носа и рта пошла кровь. Иисус упал.
“Свяжите Его и привяжите к лошади. Пусть Бог следует за задом своего создания”. Я успела только умыть Иисуса и потеряла сознание. “Где Я?” Предо Мной стояла Мария Магдалина. “Мария, Ты в Храме Божьем, где воспитывалась”. — “А Иисус где?”— “По слухам, Его увезли в тюрьму, которую содержит синедрион”. — “А Ученики?” — “О, Мария, кто где. Их всех разогнали, но когда они соберутся вместе, то Петр придет сюда за нами”. — “Жив ли Давид?” — “Да, он с Иосифом у одного купца, его знакомого, находится”. — “Слава Богу. А где та ткань, которую Мне подарили?” — “Вот она, Мария, Иисус просил, чтобы Ты из нес сшила новый хитон-плащаницу”. — “Хорошо, прямо сейчас Я и начну”. — “Нет, Мария, полежи. Сейчас Ты не сможешь ничего сделать”. В келию вошла мать Иудия. “Мариам, испей отвар и Ты сразу почувствуешь себя лучше”. Действительно, через некоторое время Мне стало лучше.
“Мария, — в келию вбежал Корнилий, — срочно одевайся и едем ко мне. У меня Тебя никто не тронет”. — “Я должна сшить Иисусу новый хитон, мне нужны…” — “Идем быстрее, у меня все есть. Ты знаешь, что в городе творится, и нам нужно быстрее добраться до моего дома”.
Выйдя на улицу, Я посмотрела вокруг. Люди метались толпами с одной улицы на другую. “Иисуса синедрион заключил в тюрьму. Господа нашего хотят судить!”, — кричали люди. “Мария, садись в колесницу”. Мы быстро добрались до дома Корнилия. “Будь здесь и не выходи. Вот Тебе все, шей хитон, я же должен увидеть Пилата и Ирода. Смотри, Мария, не выходи, жди меня. Я должен узнать все об Иисусе”.
Иисуса ввели в подвал тюрьмы. “Смотрите, смотрите, это же Иисус из Назарета. И до Господа Бога добрались, сволочи”, — кричали узники. Воины начали издеваться, сильно избивая. Иисус молчал. “Смотри, Царь иудейский молчит, брезгует нами. Руки Ему за спину и свяжите, а сейчас поднимайте Его”. Один из воинов нагрел на факельном огне меч свой и поднес к груди Иисуса. “Сейчас я у Него на брюхе поставлю символ Веры Его”, — и он выжег крест. Иисус кричал:
— “Сволочи, что вы делаете, вы будете наказаны”. — “Молчите, твари божьи, ибо сейчас всех так подвесим”. Подошел воин с копьем. “Сейчас я Его нанижу на копье, интересно, взлетит Он, как Ангел Небесный?” Вошел один из членов собрания. “Воины, хватит, потешились над Сыном Божьим, хватит. Облейте Его водой, пусть придет в себя. Он нам скоро понадобится. Приведите Его в порядок, Сыну Божьему надлежит выглядеть пристойно”.