Эти слова подействовали сильнее любого заклинания. Лицо Кати изменилось на глазах. Сомнение отступило. Осталось только сияющее, почти детское ожидание.
— Теперь у тебя будет время всё вспомнить, — ответил я. — За этими порталами вас ждут те, кого вы потеряли. Всё, что разрушил первый Сэм, было частью его игры. Но его правила больше не действуют.
Мои слова эхом прокатились по Эниону, и что-то в них задело остальных. Тишина уступила место движению. Вечные начали прощаться друг с другом — не громко, не с трагизмом, а с тем редким, почти вычищенным чувством, когда горечь отпускает.
Они обнимались, кивали, кто-то даже поблагодарил меня. Но в глазах всё ещё тлела тень сомнения. Всё казалось слишком правильным. Слишком тихим.
И всё же — один за другим, словно сдавая оружие, они вошли в порталы. Каждый — в свою нить, к тому, что когда-то называл домом.
Последним исчез Жора. Его рука чуть дрогнула в прощальном жесте — и всё.
Я остался один.
Энион погрузился в вязкую, звенящую тишину. Мир, где каждый изгиб пространства хранил отголоски голосов, которые только что звучали здесь.
Я медленно обернулся. В центре, посреди искривлённой плоскости, лежало тело Сэма. Размазанные остатки его лица застыло в полуулыбке — как будто даже мёртвым он пытался сказать: «Я был прав».
Энион дрогнул. Лёгкий, почти незаметный импульс. Начало конца.
Я выдохнул. И шагнул вперёд.
Пора действовать.
Эпилог - Вивен
Локация: Энион
Моя родная реальность. 0000-А. Та самая, в которой зародился Энион. Та, которая стала отправной точкой — для всего. Я вдохнул холодный, пропитанный влагой воздух болот, чувствуя, как он проникает в лёгкие, насыщая противной горечью. Это место было отвратительно. И в то же время прекрасно. Словно дом, который ненавидишь, но не можешь забыть.
— Ну что, — Проводник вышел во двор, его силуэт растворялся в туманной дымке. Он был спокоен. Даже слишком. — Я готов. Ты действительно уверен, что хочешь сделать это?
Я обернулся к нему, сверля взглядом, в котором не осталось ничего человеческого.
— Да. Если мы не остановим эту заразу сейчас, то не остановим никогда. Энион — это паразит, который хочет жить. Поэтому обязательно что-то предпримет.
Дверь предбанника открылась с глухим скрипом, и на улицу вышел Олег. В его руках был небольшой пластиковый бокс.
— Собрались уже? — спросил он, поставив бокс на столик у стены.
— Тебя ждали, — ответил я холодно. — Смешал?
— Смешал, — буркнул он, открывая крышку и доставая баночку с мутной жидкостью. — Но, скажу честно, ваша идея мне всё равно не нравится.
— И не должна, — огрызнулся я, подходя ближе. — У тебя не было задачи давать оценки.
Олег бросил мне мрачный взгляд, но продолжил:
— Это мощный состав. Обычно его используют, чтобы вытянуть людей даже из самой глубокой задницы. Но то, что ты задумал, — это... чересчур.
— Чересчур — это позволить Эниону жить дальше, — прервал я его, оборачиваясь к Проводнику. Тот стоял, скрестив руки, с насмешливой полуулыбкой на лице.
— Да ладно, Олег, — сказал Проводник, забирая баночку из его рук. — Не драматизируй. Я же не простой человек. Сквозное ранение катаной пережил, и это... пустяки.
— Да, но то было в живот… — проворчал Олег.
— Довольно, — я жестом оборвал их перепалку. — Бурый, либо помогай, либо проваливай. Времени нет.
— Всё в порядке, Сэм, — сказал Проводник, открывая крышку баночки. Его лицо стало серьёзным, сосредоточенным. — Если я сказал, что готов, значит готов. Ты сам помнишь, что нужно делать? У нас только один шанс.
— Помню, не переживай, — ответил я, взводя затвор пистолета.
Проводник залпом выпил мутную жидкость, зажмурился, будто обжигаясь, и тяжело выдохнул.
— Давай. Только сделай это... быс...
Выстрел прозвучал гулко, разорвав тишину. Его тело рухнуло на землю, а туман тут же впитал тёплую кровь, словно голодное животное.
— Чёрт! — Олег отскочил, его лицо побледнело. — Ты… ты даже не дал ему договорить!
— Чем неожиданнее, тем меньше сопротивления, — бросил я, опуская пистолет. — В сторону. У нас пять минут.
Я опустился на колени рядом с телом, вытянул руку и сосредоточился. Энергия симбионта ещё теплилась в Проводнике, отчаянно цепляясь за жизнь. Я чувствовал, как она металась в голове, пытаясь восстановить носителя, но рана была слишком серьёзной.
— Давай, иди сюда, — прошептал я, сжимая кулак.
Симбионт взвыл, когда я начал вытягивать его из тела. Это был не крик, а какое-то вибрирующее давление, пробирающее до костей. Я вытянул другую руку, и Олег тут же вложил в неё катану.