— Видимо. Но я постараюсь научиться. Никогда не поздно поменять свою жизнь.
— Я тебе верю, Котов. Только знаешь… — она чуть засмущалась. — Сейчас был невероятно страстный и нежный секс. Давай оставим эту страсть, но в нежности застревать не будем?
— Тебе не нравится?
Она поднялась и начала завязывать волосы в хвост.
— Нравится. Но я люблю, когда ты берешь надо мной власть. А после того, как ты мне раскрылся, я хочу этого еще больше.
— Хм… понял тебя. Это без проблем. Тем более я и сам не смог бы надолго зависнуть во всех этих миссионерских позах в темноте. Кстати, о темноте, — я осмотрелся, — уже светает. Поехали домой?
Яна осмотрелась, будто бы совершенно забыла, что за пределами салона авто был какой-то мир.
— Ой, и правда, — она вытянулась к водительскому месту, протерла боковое стекло. — И у клуба почти никого нет уже. Надеюсь, мы никому тут не помешали…
— А не похуй ли?
— Абсолютно!
Я направил к ней ладонь, и она хлопнула по ней своей, поддерживая меня.
Она начала натягивать платье, продолжая сидеть на мне, а потом перелезла на водительское место. Хорошо, что она сама решила сесть за руль. Потому что мои выпитые шоты еще немного играли в моем сознании.
Мы окончательно оделись. Яна опустила крышу. Несмотря на то, что воздух на улице уже остыл, был невероятный кайф насладиться летней утренней прохладой, которая быстро сменила весь душный влажный воздух в салоне. Машина сорвалась с места, и мы понеслись навстречу новому этапу нашей жизни. И не только потому, что мы теперь вместе…
Сегодня мы возвращаемся в Казань.
* * *
— Алло?
— Ксень, привет. Это Стас.
— Стас! Черт возьми, ты жив! — в голосе слышалась необычайная радость. — Я тебе звонила, ты недоступен. Мы тут реально думали, что ты там уже труп.
— «Мы»?
— Ну да. Я и Оля… Ее ж уволили на следующий день. И теперь она во всем себя винит. Тебя искала, чтобы перед тобой хотя бы извиниться, даже ко мне домой завалилась, прикинь? Вся в слезах, еле успокоила.
— Интересно, из-за чего она рыдала больше — из-за косяка с видео или из-за того, что ее уволили?
— Стас, не будь таким мерзким! Она правда за тебя переживала.
— Вы будто подружились.
— Есть немного. Она неплохой человек. Скажи лучше, куда ты пропал? Ты до сих пор в Москве?
— Пришлось телефон сменить, сама понимаешь. Сейчас еду назад.
— Ого! С другой стороны, сейчас лучшее время. Вряд ли Марат будет тебя ловить. Ему сейчас не до этого, он волосы на жопе рвет.
Интересно…
— Почему?
— Он сейчас с инвесторами занят, которые кинуть нас хотят. Шоу им понравилось, но они сказали, что думали, типа мы ребята посерьезнее.
— А как же договор? Мы же его подписали…
— Да что этим хрякам столичным договор? У них бабок столько, что им даже неустойку заплатить — как тебе пиццу заказать. Я разговаривала с девчонками из юротдела. Все очень херово: вероятность около девяноста процентов, что они свалят обратно к конкурентам. Ты же знаешь, что тогда будет?
Знаю, конечно. Госки в итоге получат «SK Incorporated». Их проект пойдет в гору, и в конечном итоге они станут монополистами. А Иннополис останется на задворках истории, потому что продолжать разработку они смогут только если найдут какого-то частника и смогут впечатлить его своей Сферой… А ее у них не будет. Потому что ее заберу я.
Но почему так? Подстава пошла не по плану? Ставка не сыграла? Ведь по моей логике инвесторы не должны были покинуть чат. Если бы все шло в гору, то тогда версия о том, что все подстроил Марат, была бы стопроцентной. Но так… Хаматов ведь не идиот. И даже на фоне ревности и желания отжать компанию, не стал бы рисковать такими жирными быками, если бы не был уверен, что они никуда больше не уйдут.
— Стас, ты еще тут? — спросила Ксеня.
— Да, да. Задумался просто.
— Понятно. Короче, если ты хочешь вещи забрать или какие-то вопросы решить, делай это прямо сейчас.
— Хочу решить. Как у тебя с работой сейчас?
— Ой, в больное место бьешь. Ты, наверное, уже знаешь, что Айрат нашелся?
— Знаю.
— Марат все-таки поставил его своим заместителем. Объявил всем, что у компании теперь сложные времена, и Айрат будет ему в решении кризисной ситуации. И первое, что сделал Айрат — начал увольнять всех, кто ему не нравился. Олю-то уволили не потому, что ее некуда пристроить, а потому, что она была твоей секретаршей. И сейчас до меня доходит информация, что я следующая.
— Он будет идиотом, если сделает это с тобой.
— Да, но сейчас всё против меня. Все знают, что мы с тобой друзья. А еще мы друзья с Наргизой, которая для Айрата сейчас шлюха, переспавшая с Котовым. Блин, если честно, лучше бы я и правда пошла работать в Сколково… — она тяжело вздохнула и спросила тише, скорее уже у себя самой: — Может, и правда отца попросить помочь?