— Да-а-а, было время… — ответил он мечтательно, затем хлопнул по столу и тут же перешёл на позитивный тон. — Ну так что, покажешь класс?
— В другой раз. Налей мне что-нибудь.
— Если есть чем платить, налью.
— Ска...
Разумеется, нечем. Мне больше нет потребности в деньгах в виде топлива, которое тут до сих пор использовали как валюту. Хотя есть один вариант.
— Ящик патронов для АК устроит? — спросила я.
Макс улыбнулся. Он уже понял, к чему я клоню.
— Это разговор. А два сможешь?
— Смогу.
— Тащи.
Я быстро вспомнила, какое именно военное хранилище из последних оказалось заброшенным. Кажется, в Челябинске?
Закрыла глаза и сделала прыжок. Да, всё верно. Тут только какие-то огромные пауки живут, точно!
Пока твари только соображали, что в их логове снова есть кто-то лишний, я быстро сосчитала все помещения и нашла полки с боеприпасами. Дотронулась до двух ящиков и, стерпев боль, прыгнула обратно в бар. Чего только не сделаешь ради халявного бухла, которое даже не действует.
— Ого! — удивился бармен.
Макс вышел из-за стойки и подошёл ко мне. Ощупал ящики и попытался их поднять, но они оказались заполнены до основания.
— Это уже другой разговор! — радостно сказал Чикано, вернулся за столку и открыл бутылку водки. — Не хочешь снова на бар поработать?
— Опять алкашку и патроны тебе таскать? — я ухмыльнулась.
— Ну, было бы неплохо.
— Нет, спасибо. Натаскалась уже. Я ведь не только тебе помогала. Знаешь, сколько я говна уже сюда телепортировала за первый год?
— Сколько?
Я не ответила. Взяла рюмку и закинула в себя содержимое. Совсем не берет, будто воду пью.
— Вискарь давай, — отмахнулась я, — он хоть вкус имеет.
Бармен кивнул и достал другую бутылку.
— А по твоему вопросу… Меня уже можно называть не Лилит, а Маленькая Лошадка. Поэтому прости, это утомило. Через месяц приходи.
Макс улыбнулся, поставил передо мной стакан и наполнил его.
— Почему через месяц?
— Когда я со скуки ебнусь, телепорту тебе сюда хоть Статую Свободы по частям, — снова залпом выпила содержимое. Это получше.
— Что, Фархад закрыл проект поиска установок?
— Ага.
— И что ты планируешь теперь делать? — он налил еще.
— Да хрен его знает. Вот прикинь, какая засада… Ты превращаешься в бессмертное сверхсущество. Тебе по факту не нужно есть, спать или как-то выживать. Ты не стареешь. При этом можешь убить любого, остановив время, да еще и умеешь телепортироваться куда угодно. Чем бы ты занялся в первую очередь?
— Вариантов немного. Либо приносить пользу выжившему человечеству, либо вред, удовлетворяя скуку своим величием.
— Ну вот! — я выпила стакан и забрала у него всю бутылку. Он не особо был против, и даже открыл вторую. — Становиться таким же ебнутым психопатом, как Пеньков, я не хочу. А помогать я могу как?
— Ну, например, таскать мне редкую алкашку в бар, — ехидно подколол Макс и улыбнулся.
— Ну, во-первых, алкашка в твоем баре появляется регулярно, — я опустила голову к груди и показала на себя двумя ладонями. — А во-вторых, глобально как я могу помочь?
— Бороться со злом, наверное.
— Вот именно этим я и занималась. Но единственное зло для меня — это эти гребанные установки.
— А как же всякие бандиты, извращенцы, маньяки?
— Скажи мне, где они сидят, я без проблем зачищу весь лагерь. Куда прыгать?
— Эм-м… Не знаю.
— Вот и я не знаю.
— Ну в других городах, в метро, наверняка же есть свои бандиты и негодяи. Это у нас полтора человека осталось, но в том же Питере может…
— Так-так-так! — я подняла палец, остановив его. Допила одну бутылку и сразу взяла вторую. Вроде начало действовать, или мне кажется? — Ты сейчас слишком глубоко полез. Как я буду определять, кто из выживших плохой, а кто хороший?
— Ну… Спросить у местных.
— А кто из этих местных плохой или хороший, чтобы у него спросить?
Макс подумал, но в итоге лишь плечами.
— Вот именно, Макс, вот именно. Это уже называется — игра в политику. Я этим не занимаюсь. Я хочу бороться с настоящим и очевидным злом. А не все эти вечные сражения за территорию и ресурсы, где каждый считает себя правым. Проходили уже. Нет правды ни у кого. Есть только жадность.
Мы несколько минут молчали. Видимо, я поставила Макса в тупик своей философией. Хотя, по сути, так оно и было. Не мне быть судьей, прыгая по разным городам и решая, кому жить, а кому умереть.
— Как я понял, тебе совсем тоскливо, да? — вдруг спросил Макс с улыбкой.
— Да. Может, ты что-то знаешь про расположение еще одной боеголовки?
— Нет. Но есть кое-какая интересная информация. Может, захочешь воспользоваться?