Чёрт возьми… что это за ад?!
Заросший растительностью мир исчез, сменившись пустошью, которую я даже в своих худших кошмарах представить не могла. Здание университета? Забудьте! Над головой раскинулось безоблачное небо, яркое и слепящее, будто солнце решило сойти с ума. Останки стен бывшего здания торчали из песка, словно последние зубы разлагающегося великана. Вокруг — бескрайние барханы, песчаное море, ослепительно белое и, казалось, раскалённое добела.
— Ну охренеть просто! Просто О-ХРЕ-НЕТЬ! — вырвалось у меня.
Я поняла, как это работает и где я оказалась. Альтернативная реальность. Кажется, мой старый знакомый, старичок Смолов рассказывал мне что-то об этом, когда обучал меня работе с моими способностями. Но я никогда не умела в перемещения дальше собственной реальности. А теперь же, каким-то образом, я это сделала.
И если я оказалась в этом аду, значит смогу и выскочить отсюда точно так же? Верно?
Верно, но не сейчас.
Потому что когда я попыталась сделать ещё один прыжок, то поняла, что тело словно опустело. Мышцы дрожали, и каждая попытка собрать энергию встречала внутренний протест, напоминающий, что ещё одна такая попытка может закончиться фатально.
— Ладно, ладно, я поняла. Лучше перевести дух, — пробормотала я, осматриваясь в поисках укрытия.
Мир казался беспощадным. Нигде не было ни малейшего намёка на тень, пока мой взгляд не наткнулся на небольшой каменный грот у основания бархана. Он выглядел как спасение: остатки стены обрушились, образовав крошечную пещеру, почти утопленную в песке.
Именно туда я и направилась.
Песок оказался ещё горячее, чем я ожидала. Каждый шаг был пыткой, ноги увязали, а тяжёлое дыхание рвалось из груди, будто я только что отбегала марафон. Но я продолжала двигаться, чувствуя, как солнечный жар жжёт меня насквозь. Если мне тут так плохо, то какого бы тут было обычному человеку? Не удивлюсь, если реальная температура этой реальности переваливает за сотню.
Наконец я добралась до грота, ввалилась внутрь и рухнула на песок. Здесь, под остатками каменных сводов, было чуть прохладнее. Я откинулась на спину, пытаясь отдышаться, и закрыла глаза.
— Чёрт, а ведь я хотела просто немного развеяться… — прошептала я, чувствуя, как мышцы ноют от напряжения.
Теперь надо было собраться с мыслями. Здесь, в тени, это, по крайней мере, было чуть проще.
Эмоции, которые я давно похоронила под грузом выживания, неожиданно дали о себе знать. Лёгкая паника — непривычное, почти забытое чувство, подкралась незаметно, как хищник.
Меня напрягало, что я совершенно не понимала, как я тут оказалась. Меня просто зашвырнуло в эту беспощадную, палящую реальность, без какого-либо объяснения и каких-либо ощутимых внешних факторов. Более того, я теперь даже не была уверена, смогу ли я вообще отсюда выбраться.
Мысль, словно заноза, засела в голове, вызвав укол раздражения. Если мои способности открылись так внезапно, а таких реальностей бесконечное количество, то как долго мне придётся их перебирать, чтобы найти ту единственную — свою?
— Приехали, ёпт… — выдохнула я.
Но стоило задать себе этот вопрос, как тут же пришёл другой. А какая разница? Могу ли я вообще назвать какую-то из этих реальностей своим домом? Что меня там удерживало?
Бармен Макс с его историями? Ну, забавно, но это едва ли тянет на «причину остаться». Фархад, одержимый кормёжкой своих людей здесь и сейчас, не задумываясь о том, что будет завтра? Тем более.
Так что же?
Да и кто сказал, что уничтожаемые мною боеголовки существуют только в той реальности, откуда я пришла? Может быть, я и правда вычистила их все, и это перемещение — знак. Знак, что пора двигаться дальше, начать чистить другие реальности.
— Разве не этого ты хотела, Лилит? — тихо проговорила я, больше для себя.
Эта мысль неожиданно меня успокоила. Вызов принят. Пожалуй, я попробую ещё несколько прыжков, когда приду в себя, и продолжу свою миссию там. Но сначала — передышка.
Я осмотрела своё импровизированное укрытие и поняла, что это вовсе не пещера, а лестничный пролет, ведущий вниз. Оставшиеся ступени уходили в подвал, скрываясь в тени.
Любопытство взяло верх, и я решила осмотреть местные «секретные лаборатории».
Я начала спускаться, ожидая, что с каждым шагом воздух станет прохладнее, а затхлый запах сырости заполонит ноздри. Но нет. Пройдя четыре пролёта, я поняла, что ничего не изменилось. Температура оставалась такой же невыносимой, а воздух — таким же сухим, как и наверху.