— Да, работы Марты стали довольно провокационными, это верно, — согласилась Падма. — Быть может, стоит спросить у нее о источнике ее вдохновения.
— Не думаю, что это необходимо. Я даже не уверен в том, что ей это известно. Но этот вернисаж следует закрыть, пока не пошли разговоры. Сколько бы денег ни тратилось на эту галерею, их можно употребить с большей пользой.
Адам был наделен такой властью? Он мог взять и закрыть выставку работ Марты Вега? Сердце Хейвен забилось быстрее. На этот раз чутье ее не подвело: Адам был важной шишкой. Ей было ужасно любопытно еще разок взглянуть на его лицо, но она понимала, что рисковать не стоит.
— Это деньги Йейна Морроу, — сказала Адаму Падма. — Общество тут ни при чем.
— Тогда нам, пожалуй, стоит подумать о том, чтобы прервать отношения с мистером Морроу, — решительно проговорил Адам. — От него слишком много неприятностей.
— Это верно, но разве нам стоит слишком сильно ссориться с ним, Адам? — вдруг заговорила сахарным голоском Падма. — Все-таки он один из самых щедрых спонсоров общества.
Хейвен больше не могла терпеть. Она выглянула из-за колонны и увидела, что Розиер смотрит на Падму с почти жестокой усмешкой.
— Ты никогда не можешь устоять перед красавчиками, верно, Падма?
Падма поморщилась.
— Сейчас речь не об этом. Просто я не стала бы слишком торопиться во всем, что касается Йейна. Я знаю, что эту выставку спонсирует он, но тебе не кажется, что нам стоит дать ему возможность исправить то, что он натворил? Прибрать, так сказать, за собой? — Вопросы Падма задавала осторожно. Она словно бы опасалась вероятных ответов. — Он всегда ищет способы, как заработать побольше очков.
Розиер, похоже, задумался над предложением Падмы.
— Ты вправду думаешь, что Йейн готов на жертвы ради того, чтобы принимать участие в жизни общества?
— Да, — уверенно проговорила Падма и облегченно улыбнулась. — Я в этом просто не сомневаюсь.
— Тогда давай не будем терять время, — сказал Розиер.
— Я завтра с ним поговорю, — пообещала Падма.
Парочка перешла к следующей картине. Хейвен попятилась назад. Из толпы навстречу Падме вышел Йейн. На фоне гомона толпы Хейвен не могла слышать, о чем он говорит, но она увидела, как он предложил руку президенту ОУ. Хейвен нырнула за колонну в тот самый момент, когда Йейн и Падма направились в ее сторону. Обернувшись, Хейвен обнаружила, что практически загнана в угол. Удрать можно было только через пожарный выход, над дверью которого была подвешена суперсовременная система сигнализации. Открой Хейвен эту дверь — и поднялся бы невообразимый шум. Может быть, даже пожарные приехали бы. Но других возможностей скрыться у нее не было. Она пробилась сквозь толпу гостей выставки, толкнула дверь плечом и приготовилась к тому, что взвоет сирена. Но дверь открылась бесшумно и закрылась с глухим стуком. Хейвен вышла в переулок.
— Эй, ты там не захлопнула случайно? — послышался вопрос из облака дыма слева от выхода. Затем из облака вышла девушка. Ее бледная кожа неестественно белела под лампами аварийного освещения. То была Марта Вега. — Зря. Я же нарочно дверь открытую оставила, чтобы вернуться.
— Простите? — Хейвен обернулась и посмотрела, не захлопнулась ли дверь. Меньше всего ей хотелось застрять в проулке с очередной подружкой Йейна.
— Да ладно, — сказала Марта, когда стало ясно, что дверь таки захлопнулась. — За мной, наверно, придут. А не придут, так я через забор перелезу. Сигаретку дать?
— Я не курю, — ответила Хейвен.
— И зачем ты тогда вышла? — удивилась Марта.
— Удрала от моего бойфренда. Он тут с другой девицей.
На большее у Хейвен не хватило фантазии.
— А-а-а, — протянула Марта. — Отвратная ситуация.
— Еще бы, — кивнула Хейвен. — А вы почему ушли? Это же ваша презентация.
— Ну да, моя. Но только все это не я затеяла. Моя бы воля — я бы вообще сюда не приходила. Терпеть не могу все эти презентации. Да и выставка дерьмовая.
— Почему вы так говорите? Лично мне ваши картины понравились, — возразила Хейвен.
— Да ну? — изумилась Марта. — Правда?
Похоже, она была искренне удивлена. Хейвен вдруг стало жаль ее.
— Конечно. Мне жутко нравится все мрачное и депрессивное. Я заметила на всех полотнах одного и того же человека. Ну, того самого, из-за которого происходят все эти ужасы. А кто это?