Выбрать главу

Во время пребывания в Нагасаки русский ученый Г. Лангсдорф соорудил огромный аэростат с изображением русского герба. Длина его была 18 футов. Этот прообраз нашего дирижабля витал над Нагасакским заливом на высоте двухсот саженей. Лангсдорфу японцы обязаны также первым знакомством с электрической машиной.

Николаю Резанову не удалось выполнить своих посольских задач в Японии, хотя «Надежда» пробыла там целых полгода.

В 1805 году корабль Крузенштерна покинул Нагасаки. «Надежда» шла Сангарским проливом. Крузенштерн определил положение мыса Румянцева на острове Иезо (Матсмай), открыв там залив того же названия.

На Сахалине Крузенштерн открыл реку Неву (Поронай) и определил около тридцати астрономических точек. На пути к Курилам «Надежда» встретила неизвестные острова, получившие название Каменных ловушек. Крузенштерн не раз проходил мимо туманной гряды Курильских островов.

В июне 1805 года «Надежда» пришла на Камчатку. Николай Резанов отправился сушей в Петербург, но вскоре погиб в дороге…

С Камчатки Крузенштерн пошел снова к Сахалину для завершения начатых ранее исследований. Оттуда «Надежда» отправилась к Формозе, а затем — в Макао и соседний с ним Кантон. Там и встретились осенью 1805 года «Надежда» и «Нева».

В то время когда Россию овевали февральские метели, «Нева» и «Надежда» плыли к Суматре, Яве и мысу Доброй Надежды. На подступах к берегам Африки корабли были окружены живыми трепещущими облаками. Добрый знак! Это были стаи радужных бабочек, гонимых ветром от африканской земли.

7 августа 1806 года пушки балтийской твердыни встретили салютом героев первого русского плавания вокруг света. «Нева» и «Надежда» ответили родному Кронштадту громом орудий, побывавших под солнцем Полинезии.

ОТ ТОБОЛЬСКА ДО ПОЛИНЕЗИИ

Скитания Федора Шемелина во время первого русского плавания вокруг света
НАСТАВЛЕНИЕ ШЕЛЕХОВА

Это было в Петропавловске-на-Камчатке в августе 1786 года. В гавани стоял первый корабль, пришедший из Ост-Индии. Капитан Вильям Питерс с уважением разглядывал своего гостя, приглашенного на борт судна. А Григорий Шелехов, только что вернувшийся с Аляски, соблюдая достоинство, делал вид, что его нисколько не удивляет ни вид отличного корабля, построенного целиком из красного дерева и обитого латунью, ни даже письма «Индейской компании», которые он держал в руках. Шелехов учтиво спрашивал Питерса о том, как и долго ли плыть до Бенгала, какие товары покупают в Малакке и сколько стоит в Кантоне шкура бобра из Русской Америки. Говорили лишь о деле.

Вильям Питерс слышал о Шелехове много. Бывший купеческий приказчик из Охотска в три года сумел исследовать, заселить и укрепить Алеутские острова и часть Аляски. Он основал будущую столицу Русской Америки на острове Кадьяк, открыл школы, возвел крепости и положил начало правильному пушному промыслу в Новом Свете. Для всего мира стало ясно: русские — законные хозяева всей северной части Тихого океана. Теперь сбылась заветная мечта Шелехова. «Индейская компания» из Калькутты сама пришла к нему на Камчатку: англичане хотели покупать бобров и котиков у русских.

Шелехов скрывал от Питерса свою радость, но был рад первой сделке с Ост-Индской компанией. Они поладили с Питерсом. Вскоре английский капитан поднял все 28 парусов своего корабля и ушел в Индию. Может быть, в тот же день Шелехов написал несколько «Наставлений» своим соратникам (все распоряжения он делал в письменном виде).

«Города Рыльска именитого гражданина и Северо-Восточной Американской Компании Компаниона приказчику моему Федору Ивановичу Шемелину — наставление», — писал Шелехов. А наставлял он Шемелина в том, чтобы приказчик ехал из Иркутска до Москвы «с разными американскими, камчатскими, и всякими пышными товарами».

В Москве приказчик Федор Шемелин должен был снять хорошую лавку в Игольном ряду и продавать в ней аляскинских бобров и сибирских соболей. И еще ему было приказано зайти к шелеховскому дяде Федору Петровичу в дом у Калужских ворот, передать ему привет от племянника, сказать, что Григорий Иванович вернулся с Аляски живым и здоровым. А Федор Петрович в Москве должен был раздобыть книги о жизни Петра Великого, учебники рудного дела и холсты для парусов на аляскинские галиоты: старые поизносились в долгих плаваниях.