Инспектор понимающе кивнул.
— Если врач бессилен, он уже не врач. Тут я согласен с вами и тем не менее не могу принять вашей отставки, и вы, надеюсь, поймете меня. — Он задумался, держа в широкой ладони крохотную чашечку с чаем. — Давайте вместе, дорогой Ахаро-сан, порассуждаем о бери-бери, против которой бессильны все пушки японского флота, — предложил он. — Что мы знаем об этом заболевании?
Корабельный врач развел руками.
— Нам известны только симптомы этого заболевания и его зловещий прогноз.
— Не только, Ахаро-сан. Еще нам известны границы распространения этого заболевания: Япония, Китай, Индия, Корея, Ява, Суматра... Ни одного случая бери-бери не зарегистрировано ни в Европе, ни в Америке, ни в Африке, ни в Австралии. Вы не задумывались почему?
— Задумывался, но не находил ответа.
Пьянящий аромат свежезаваренного чая заполнял каюту, тесня все другие корабельные запахи.
— Все мы считаем бери-бери заболеванием инфекционным, — неторопливо продолжал Такаки. — Стоит заболеть одному человеку, как вскоре заболевают и другие. Следовательно, болезнь передается от человека к человеку, но как?
— Очевидно, с помощью возбудителей таких мелких, что их невозможно разглядеть в микроскоп.
— Логично. Но почему же в таком случае не болеют европейцы, живущие среди нас?
— Бери-бери — вечное проклятие, нависшее над желтой расой, — сурово повторил Ахаро Сато слова, сказанные им час назад на палубе.
— Но почему же в таком случае представители желтой расы — те же китайцы, индусы, — живущие в других странах, не знают, что такое бери-бери? Над этим вам никогда не приходилось задумываться, Ахаро-сан?
В каюте было тихо. Издалека доносился мягкий плеск волн о корпус броненосца и шорох флага на корме.
Инспектор оставил чашку с недопитым чаем, коснулся ладонью чайника, разрисованного голубыми драконами.
— Самые крупные вспышки бери-бери случаются в армии и на флоте, где люди находятся в абсолютно одинаковых жизненных условиях.
Корабельный врач кивнул.
— А не могут ли сами жизненные условия быть источником возникновения бери-бери? — спросил Такаки.
— Что-то новое... Я, как большинство врачей, убежден в инфекционной природе бери-бери, но ваши рассуждения, сэнсей, кажутся мне любопытными.
Инспектор улыбнулся.
— А вы попробуйте возразить мне. В спорах, говорили древние, рождается истина.
— Ну, — вздохнув, начал Ахаро Сато, разглядывая иероглифы на переборках своей каюты, — как известно, скученность — наиблагоприятнейшее условие распространения инфекции. И в армии, и тем более на флоте люди живут очень тесно. Их контакты постоянны. И стоит заболеть одному...
— Это одно из главных подтверждений инфекционной теории бери-бери. Здесь я согласен с вами, Ахаро-сан.
— Среди гражданского населения то же самое: стоит заболеть одному в семье, как вскоре заболевают и остальные.
— Верно! — подтвердил инспектор. — Продолжайте, пожалуйста.
— Разве этого недостаточно, сэнсей Такаки, чтобы всерьез думать об инфекционной природе бери-бери?
— Врач всегда должен сомневаться, сталкиваясь с такими загадочными болезнями, как бери-бери. Размышляя, я неожиданно пришел к другому толкованию этой патологии. Разумеется, это всего лишь мои теоретические предположения.
Ахаро Сато достал из кармана табакерку.
— Весьма любопытно. В своей многолетней практике я очень часто сталкивался с бери-бери и, поверьте мне, ломал голову над ее загадочностью и всегда упирался в тупик неизвестности. — Он щелкнул табакеркой, поднес ее к носу.
— Я уже говорил вам об одинаковых жизненных условиях, в которых находятся люди, заболевшие бери-бери.
— Да, но это только флот и армия, — живо возразил Ахаро Сато, отрываясь от табакерки.
— Не только. В качестве подтверждения инфекционного характера бери-бери вы, Ахаро-сан, привели пример с семьей, живущей в одной фанзе. Но почему же семья, живущая в соседней фанзе, не заболевает? Ведь соседи всегда общаются, и, бывает, в день по многу раз. Если бы бери-бери была заболеванием заразным, эпидемия охватила бы всю деревню, не так ли?
Вестовой, неслышно появившийся в каюте, заменил чайный столик.
Корабельный врач задумался, обхватив ладонью лоб.
— Мне нечего возразить вам, — медленно выговорил он. — Действительно, каждая семья имеет свои жизненные условия, отличные от другой семьи. Но что же конкретно подразумевается под этим словосочетанием — «жизненные условия»?