— Чувствуется опыт, — Митчелл за сарказмом пыталась скрыть свои внутренние переживания.
— Не без этого, но не будем о грустном. Что было в прошлой жизни, пусть останется в прошлом. Мы живём здесь и сейчас. Ты давно каталась на лыжах? Как насчёт совместной поездки на горнолыжный курорт?
— Лыжи в мае? — широко распахнула глаза Хелен.
— Это Америка, детка! Тут некоторые горнолыжные курорты работают по август. Из-за нехватки настоящего снега используется искусственный.
Митчелл всерьёз задумалась.
— Как-то от меня ускользнул этот аспект… Честно говоря, я ни разу не каталась на лыжах.
— Ни разу?! — на этот раз глаза выпучил Грин. — Ты шутишь!
— Нисколько.
— Да ладно! Хелен, чем таким можно заниматься на протяжении ста лет, чтобы ни разу не кататься на лыжах?
— Есть занятия… — она раздражённо дёрнула уголками губ и повела правым плечом.
— Это какие же?
— Например, заработать денег.
— Всех денег не заработаешь.
— Было бы желание, — отрицательно мотнула головой Хелен.
— Не вижу смысла в подобном желании. Зачем тебе столько денег, Хелен?
— За надом! — прорвалось её раздражение в переходе на повышенный тон. — Просто это мне нужно.
— Ладно, не стану докапываться, — миролюбиво приподнял ладони Брэд. — Если захочешь, сама расскажешь. И всё же человеку отдых жизненно необходим. Иначе накапливается стресс, портится здоровье и характер. Да и странно это: прожить долгую жизнь и не испытать многих вещей, не повидать мира. Разве мы с тобой не заслужили пенсии? Можно же хотя бы после смерти забыть о работе и оттянуться.
— Дьявол! — Хелен прикрыла глаза и потёрла переносицу. — Твой язык словно создан для совращения с пути истинного.
— Мой язык и не такое может, — игриво подмигнул Брэд. — Лыжи?
Хелен несколько секунд нерешительно барабанила пальцами по столешнице. Через несколько секунд она прервалась, её взгляд приобрёл твердость.
— Никогда не думала, что скажу это «подростку», но да. Да, Дьявол! Хотя бы одну жизнь можно и отдохнуть. Тем более в этом безумии.
— Безумии? Ты про перерождения?
— Я про финансы.
— А что с ними? Вроде всё нормально.
— Нормально? — кривая насмешка изогнула губы девушки. — Такое мог сказать лишь обыватель, далёкий от инвестиционного бизнеса.
Брэд ничуть не обиделся. Он честно ответил:
— Я и не утверждал, что разбираюсь в этом на высоком уровне. Так что не так?
— Для начала на финансовом рынке на некоторое время появился новый большой игрок, который на некотором этапе повлиял на динамику ценных бумаг. Фактически он в июле прошлого года на пару недель взбаламутил весь финансовый рынок. Лишь к сентябрю всё вернулось к прежним показателям.
— Это может быть один из наших коллег по петле.
— Теперь я тоже так думаю, — кивнула Митчелл. Тряхнув головой, она улыбнулась собеседнику. — Ты что-то говорил про лыжи. Научишь меня?
— Я лучший в мире инструктор по лыжам… — надулся от наигранной гордости Грин, но по широкой улыбке и веселому тону было понятно, что он шутит. — Их тех, кто катался на лыжах всего в пяти отпусках. Но на полного новичка моих навыков точно хватит…
***
Горнолыжный роман плавно перерос в нечто большее. Брэд по-настоящему увлекся Хелен. У неё с одной стороны непростой характер и властные замашки бизнесвумен. С другой стороны, богатый жизненный опыт и чувствуется опыт брачной жизни, отчего к ней оказалось проще притереться. К этому стоит добавить почти такой же рост и наличие чувства юмора. В итоге Грин не хотел с ней расставаться.
Не успела парочка молодых стариков и глазом моргнуть, как с курорта они переехали в дом Хелен, который расположен не в Чикаго, как ожидал Брэд, а в жаркой Калифорнии.
Прошло два года, а Брэд всё ещё находился под впечатлением от резкой перемены жизни. Гормоны до сих пор играли у обоих невольных путешественников во времени, поэтому они оба с наслаждением и немалым опытом часто предавались телесных утехам. Их молодые тела были ненасытными. Но утро — это время приема завтрака. Всего один раз парочка попробовала вместо завтрака заняться сексом на кухонном столе. После этого пришлось покупать новую посуду и делать уборку, поскольку горничная приходит позже. С тех пор они на кухне лишь едят, как этим утром шестого июля две тысячи третьего года.
Брэд выглядел немного помятым. В тёплом климате он отдавал предпочтение синим шортам до колена и голубой рубашке-поло.