Под небом Неаполя
1969 год… Неаполь. XVI чемпионат Европы. Для меня, тренера сборной, это был пятый европейский чемпионат. Он мне особенно дорог и хорошо запомнился. Как известно, третье место, занятое нами на Олимпиаде в Мехико, было расценено как неудача. Все ждали от нас «золота». И теперь только победа на чемпионате в Италии могла поддержать авторитет нашей команды и, конечно, ее тренера. Надо сказать, правда, что команда к европейскому чемпионату была подготовлена хорошо. Я верил в ребят, а они, уже привыкшие ко мне, понимали меня и твердо решили сражаться за победу.
Еще перед Олимпиадой в Мехико мы ввели в состав команды высокорослого С. Коваленко (217 см). Характером он был схож с А. Крикуном: в клубе — первый человек, а в сборной — терялся. После Мехико включили в команду молодых А. Белова из Ленинграда и А. Болоше- ва из московского «Динамо». В защиту были приглашены опытный А. Кульков из ЦСКА и В. Застухов из Еревана.
Незадолго до чемпионата Международная федерация баскетбола приняла решение сократить число участников первенства Европы с 16 до 12 команд. К тому же только нам, как чемпионам Европы, и итальянцам, как организаторам чемпионата, предоставлялось место в финальной группе, остальные команды должны были пройти черезсито предварительных турниров. Вот и получилось, что не доехали до Италии такие команды, как сборная Франции, участник всех чемпионатов Европы, сборная ГДР и сборная Финляндии. Зато получили путевки в Италию команды пяти стран — организаторов предварительных турниров, еще раз подтвердив, как значимо в баскетболе свое поле и как помогают свои стены. Вот эти команды: Греция, Швеция, Румыния, Испания и Венгрия.
Наша предварительная группа играла в маленьком городке Казерте в 50 километрах от Неаполя, где буквально за день до соревнований был открыт отличный баскетбольный зал с трибунами на две с половиной тысячи мест. На одной трибуне были кресла для именитых и богатых зрителей, другая представляла собой лестницу с широкими ступенями, где можно и сидеть и стоять. Итальянцы приходят на матч с маленькими надувными или матерчатыми подушечками, на которых сидят и которые сотнями летят на поле, когда зрители возражают против решения судей и действий игроков.
В нашей подгруппе была и команда Югославии, главный претендент на золотые медали. Победив остальных соперников довольно уверенно, мы проиграли сборной Югославии в подгруппе. И хотя игра эта ничего не решала, запомнил я ее на всю жизнь. Поражения запоминаются крепче, их было значительно меньше в моей тренерской судьбе, к тому же они очень не похожи одно на другое. Думаю, что не открою Америки, если скажу, что больше всех поражение переживает тренер.
Уж чего только не передумаешь после поражения! Победу у нас привыкли делить на всех: тут и игрокам отводится главная доля, ведь они исполнители, победители, приятно и тренерам, и врачам, и массажистам, и руководителям. А поражение всей тяжестью ложится на твои тренерские плечи. И не дай бог, если ты слабого сложения! Несправедливость оценки нашего тренерского труда, нашей профессии? Да, видимо, так! Что ж, мы, тренеры, идем на это. Идем сознательно, хотя несправедливость эту ощущаем всегда болезненно.
После поражения от югославов в Казерте в спортивной прессе стали поговаривать, что судьба А. Гомельского, дескать, предрешена, что поражение на европейском чемпионате ему не простят, он должен будет уйти с поста старшего тренера сборной. Видимо, журналисты, писавшие все это, хотели увидеть в моем поведении подтверждение своих слов. Думаю, тщетно. Если тренер не может управлять своими нервами (даже если знает, что его снимут), как же он сможет управлять целой командой, двенадцатью разными характерами? Ведь каждый игрок по–своему реагировал на поражение, каждый ждал совета, поддержки. Не скажу, что мы не думали о победе. Нет, мы играли на выигрыш. Но подспудно каждый сознавал, что поражение не катастрофа, ведь все равно мы в финале и с «югами» встретимся еще раз.