— Поплывете ли вы с нами, граф, в Алый Фьорд? Не угодно ли взойти на борт нашего судна?
Я неохотно покинул свой выступ и спустился ближе к нему.
Не знаю, сколько дней я провел на этом острове, но, видимо, теперь являл собой довольно странное зрелище. Глаза дикие и испуганные, как у сумасшедшего, в руке — топор со сломанной рукоятью, и сжимаю я его так, будто это единственная в мире вещь, которой еще можно доверять…
Бладрак удивленно воззрился на меня, но даже мой вид не мог испортить ему настроение. Он махнул рукой в сторону плота:
— Мы страшно рады видеть вас, граф Урлик из Ледяного Замка! Мы очень вовремя нашли вас — Серебряное Воинство готовит нападение на южное побережье!
— На Ровернарк?
— И на Ровернарк, и на другие поселения.
— Вы враждуете с Ровернарком?
— Мы, скажем так, не союзники, — улыбнулся он. — Но нам следует поторопиться с возвращением! Я все расскажу вам, когда мы будем в безопасности, уже в порту. Это очень опасные воды.
— Я уже убедился в этом, — кивнул я.
Несколько его воинов между тем осмотрели пещеру. Они извлекли из нее огромный череп морского оленя.
— Смотри, Бладрак! — крикнул один из них. — Его убили топором!
Бладрак поднял в изумлении бровь и взглянул на меня:
— Это вы? Топором?
— Другого у меня ничего не было, — ответил я. — Эту охоту затеял Белпиг…
Бладрак откинул назад голову и рассмеялся:
— Смотрите, друзья! Вот вам доказательство, что к нам прибыл Герой!
Все еще со смятенной душой ступил я на борт их судна и уселся на одной из лавок, прикрепленных к днищу. Бладрак сел рядом.
— Давайте трогаться, — приказал он.
Воины, которые обнаружили череп морского оленя, торопливо забросили свою находку на плот и забрались на него сами. Они подергали за вожжи, и цапли поднялись в воздух.
Плот резко повернулся и понесся вперед, в открытое море.
Бладрак обернулся и поглядел на корму. Гигантский череп лежал там, почти накрывая длинный и узкий футляр, который, резко отличаясь от всего остального на борту, был вообще лишен каких-либо украшений.
— Осторожнее, — предупредил он.
— Это вы звонили в колокол? — спросил я. — Совсем недавно — это вы звонили?
— Да. Мы все время звали вас, а вы все не появлялись. А Хозяйка Чаши сообщила нам, что это означает, что вы находитесь где-то в Великом Соленом Море. И мы отправились вас искать.
— А когда вы в первый раз вызвали меня?
— Примерно дней шестьдесят назад.
— А я попал в Ровернарк.
— И Белпиг взял вас в плен?
— В некотором роде. Да, видимо, это именно так и было. Только я этого тогда не понял. Что вам известно о Белпиге, сэр Бладрак?
— Немногое. Он всегда был врагом свободных моряков.
— Так, значит, это вас он называл пиратами?
— О, несомненно! Мы всегда промышляли этим — нападали на корабли и города, где жили не очень сильные народы… Но сейчас все наши помыслы заняты Серебряным Воинством. Если вы поможете нам, у нас есть шанс победить их, хотя времени в нашем распоряжении крайне мало.
— Надеюсь, вы не слишком на меня рассчитываете. Я не обладаю никакими сверхчеловеческими возможностями, уверяю вас.
Он рассмеялся.
— Вы очень скромны для Героя. Но я понимаю, что вы имеете в виду — у вас нет оружия. Но об этом уже позаботилась Хозяйка Чаши, — и он указал на длинный футляр на корме. — Герой, мы доставили вам ваш Меч!
Глава II
Алый Фьорд
При этих его словах меня охватил ужас. Я посмотрел на Бладрака, пытаясь осознать, что же все-таки произошло.
Меня заманили в ловушку, а Бладрак, сам того не зная, сыграл роль приманки!
Бладрак в удивлении спросил:
— Что случилось, граф? Что-нибудь не так? Уж не допустили ли мы какой-нибудь ошибки, которая может навлечь на вас беду?
Мой голос, когда я наконец ответил ему, звучал хрипло и невнятно; я с трудом понимал, что говорю, ибо по-прежнему не имел представления о том, какова истинная сущность Черного Меча.
— Не только на меня, но на всех нас, Бладрак. И я даже сам не знаю, какую беду… Впрочем, этот Меч, весьма возможно, поможет вам добиться того, чего вы жаждете. Вы знаете, какую цену придется за это заплатить?
— Цену? — переспросил он.
У меня свело судорогой лицо. Я закрыл его ладонями.
— О какой цене вы говорите, граф Урлик?
Я с трудом откашлялся и ответил, не поднимая глаз:
— Не знаю, Бладрак. Видимо, мы потом узнаем, со временем. Что же до меня, то я хотел бы, чтобы этот Меч хранился где-нибудь подальше… Я не желаю открывать этот футляр.