Затем Акено заговорила: «И почему это?»
Сазек покачал головой, слушая объяснение: «Сверхъестественный мир состоит из всех известных человечеству мифологических пантеонов, однако некоторые из них исчезли из нашей реальности. Некоторые из них более могущественны или намного слабее, чем в историях, которые рассказывают о них менее могущественные расы, но вы все находитесь в самой жестокой из многих мифологий. Христианский пантеон, как нас обычно называют, находится в состоянии БЕЗУМНОГО мира».
Конеко моргнула: «Взаимно гарантированное уничтожение?»
Гороу вздохнул: «В этой комнате находятся два нынешних лидера трех фракций, и оба они могут с легкостью уничтожить миллионы душ и целые континенты, если захотят. Азазель, лидер Григори, находится в одной лодке с Леди Эдем и Великим Сатаной Сирзехом Люцифером», — пояснил он, наклонив голову в их сторону, снова привлекая внимание зала к этим двоим. «Все трое — это центры силы христианского мира, если бы все трое пошли на войну, то к тому времени, как они закончат первую битву, от Земли осталась бы лишь пепельная шелуха».
Это заставило всех, кроме взрослых в комнате, ужаснуться такому выводу, три лидера трех фракций, идущие на войну и оставляющие после себя только сломанный мир, были ужасны. Иден закатила глаза, увидев, как Гороу невозмутимо воспринял это заявление как факт.
«Гороу прав», — признала она. «Вот почему я бы предпочла, чтобы война никогда не стала вариантом. Между мной, Сазексом и Азазелем мы не хотим разрушать этот мир, потому что мы и так уже на взводе».
Затем Сазек заговорил: «Мир сохраняется, и все группы несут ответственность за всех негодяев и бродяг, которые появляются из-за наших собственных ошибок. По крайней мере, такова идея этого мира, но люди не следуют установленным правилам. Но мы здесь не для этого. Мы даем вам общий ускоренный курс».
Иссей поднял свою правую руку, покрытую органической чешуей, и посмотрел на Сазекса и Идена: «Вы, ребята, знаете, что это?»
Иден поморщилась, а затем заговорила: «Неизвестное зло, пришедшее на Землю в далеком прошлом. Один из трех запечатанных механизмов, сбежавших через несколько часов после смерти моего мужа».
Глаза Асии сузились: «Кто твой муж?»
Иден грустно улыбнулась, чувствуя фантомную боль в груди: «Мой муж был Элохим или Яхве».
Сазек вздрогнул, а остальные схватились за головы от боли, когда она произнесла два имени Бога, которые были Святыми и были довольно могущественными, когда их произносил кто-то вроде нее. Она сделала виноватый взгляд, прежде чем использовать свои силы, чтобы ослабить воздействие Святости, если она когда-либо снова произнесет их слова силы. Все Дьяволы выглядели облегченными, в то время как Асия выглядела потрясенной, но Эден встала и обняла молодую девушку.
«Не бойся его смерти, юная Азия Ардженто», — прошептала ей Эден, по-матерински гладя ее по голове, — «он погиб, защищая свою семью, и я надеюсь, ты запомнишь его именно таким. Он любил своих детей, несмотря на их недостатки, и отдал бы свою жизнь снова, если бы ему пришлось это сделать. Он бы позаботился о Церкви за то, что она отлучила тебя, как они это сделали, если бы он был еще жив».
Азия кивнула, а затем улыбнулась со слезящимися глазами: «Я верю в это, леди Иден».
Эден поцеловал ее в лоб, прежде чем позволить ей вернуться к Иссею; теперь мальчик выглядел еще более смущенным.
«Но это не объясняет, что это за великое зло».
Эден покачала головой и указала на чешуйчатую перчатку: «Это не суть, потому что мы не произносим его имя так, как оно звучит на Древнем Наречии. Язык, который инстинктивно знают все божества, но отказываются использовать из-за его могущества. Даже Разрушитель Шива отказывается говорить на нем, поскольку он едва не превратил мир в бесплодную пустыню, едва не допустив ошибку в произношении».
Иссэй наклонил голову: «Разве люди не могут произнести это слово, не вызывая при этом появления силы?»
Горо покачал головой: «Нет, не могут. Однако, если они найдут другой способ произнести слово, это может сработать, но мы не знаем, можно ли произнести его имя каким-либо другим способом».
«То есть никаких прозвищ или чего-то в этом роде?»
Эден вздохнула: «Истинное значение его имени — «Многие, кто вечно голодны», но я не могу вдаваться в подробности, не выкопав из прошлого более темные воспоминания. Достаточно сказать, что этот зверь был первым, кого мой муж запечатал перед Трихексой».