«Да, сэнсэй».
Размышления.
Сирзех Люцифер поморщился, сидя за своим столом, наблюдая за тем, как его часы отсчитывают последние секунды, когда придет его жена. Когда она придет, они отправятся на арену Рейтинговой Игры и будут наблюдать, как Райзер и Риас сражаются. Всего две недели у его сестры, чтобы ее пэр достаточно обучился, чтобы сразиться с более опытным Райзером Фенексом, что было бы логичным низшим пределом. Пэр Райзера состоял из четырнадцати могущественных женщин, включая его сестру, которая была его второстепенной фигурой-Епископом. Однако он знал, что друг его отца, Ичи Айро, что-то сделал, но был слишком занят, чтобы разобраться в этом.
Такова была жизнь Короля-Дьявола или, по крайней мере, одного из них.
Слишком много бумажной работы, и его жена всегда возвращает его к делу, чтобы он мог разобраться с тем или иным. Однако прямо сейчас он очистил свой график для этого события. Конечно, Аджука Вельзевул присоединится к нему на этом событии. Эти события требовали появления двух Королей Дьяволов, оба из которых представляли бы каждую сторону конфликта на Играх. Это было традиционным, то, без чего Сазекс мог обойтись в долгосрочной перспективе, но Раса Дьяволов была упрямой, они держались за традиции, как за последнюю каплю воды в огромной пустыне.
Конечно, он также знал, что Рейтинговые Игры были чем-то большим, чем просто сражение двух сторон. Это был простой способ справиться с политической борьбой, как справиться с семейным спором в личных вопросах или что-то в этом роде. Но Сазек чувствовал темную дыру в животе, поскольку он знал, что Риас скорее покончит с собой, чем позволит Райзеру где-либо приблизиться к ней. Это и она также имела дело с травмой от Айичи, порез на щеке Грейфии был от силы семьи Гремори, что было доказательством этого. Он не зажил, эти раны не заживают нормально.
В отличие от него, который последовал за своей матерью в освоении Силы Разрушения, Риас последовала за своим Отцом в освоении Демонического Хаоса. Силы, которая не только отталкивала атомы друг от друга, она разрывала душу на части и вкладывала маленький кусочек в каждый оттолкнувшийся атом, чтобы они не могли умереть по-настоящему. Их ужас оставлял тень в реальности, что он так легко чувствовал, когда ходил по старому городу Сатаны. Гражданская война Дьявола нанесла огромный удар по его рассудку, оставив ему довольно заслуженный статус «сестрёнки». Это была реакция на потерю невинности на поле боя, нежелание, чтобы его младший брат постигла та же участь, что и он.
В этом отношении он потерпел сокрушительную неудачу: Риас столкнулась с ужасом реальности и истребила монстров в Аити.
Ее реакции были тем, что он делал с обоими своими родителями после Гражданской войны, только Грейфия помогла ему пережить травму и поставила его на ноги. Женщина, на которой он женился, была не той, которую все знали, измененной руками родителей предыдущих глав Дьявольских Столпов и Домов. Дети его поколения восстали, когда суд над Грейфией транслировался в прямом эфире, что привело к революции против родителей. Головы катились буквально, когда дети вытащили ту самую гильотину, которую Франция использовала во время кровавой Французской революции.
Это ослабило узы, наложенные на Грейфию, но не сняло их полностью: ей пришлось бы снять их самой, если бы она хотела освободиться.
Когда вошла Грейфия, он встал и последовал за ней туда, где они могли бы отправиться на арену. Его мысли были о том, что его младшая сестра могла бы сделать против Райзера. На ум пришло много планов, главный из которых заключался в том, что Риас почти победит свиту Райзера, прежде чем сдастся, когда останется только она сама, поскольку Райзер играет на ее эмоциях и взглядах на то, как она относится к своей свите. Придя в комнату, где он будет смотреть игру, он не был готов к полному опустошению, которое должно было произойти.
Кальса Драгио стояла со своим мужем, ожидая в комнате, отведенной для семей тех, кто близок к Столпу Гремори. Высокая, пышнотелая блондинка была в шелковом платье цвета темно-красного вина. Ее массивная грудь была видна, так как одна из ее длинных ног была открыта, демонстрируя простые темно-красные туфли на высоком каблуке, которые она носила. Ее острые голубые глаза смотрели на стену, которая позволяла им наблюдать за Рейтинговой игрой, одновременно сохраняя их защищенными.