— Найдите всё, что можно о Ники Белл: фотографии, маршруты, контакты, финансовые операции, последние появления, — приказал он через связь своим людям. — Не оставляйте ни единой зацепки, мне нужна полная картина.
Команда сразу же взялась за работу, погружаясь в цифровой поиск и проверку информаторов.
Тем временем ее сегодняшняя вечерняя встреча с Гаем Ромула была внезапно отменена.
— Маркус, встречу отменили, — сообщил один из доверенных. — По словам сеньора Россини, Белл срочно уехал из-за непредвиденных проблем со здоровьем.
Маркус хмыкнул, понимая, что шансы встретиться и обсудить с ней следующие шаги будет невозможно.
Он набрал номер Валентины — своей давней союзницы и мастера политических игр.
— Валентина, — начал он, — пора возвращаться на большую сцену. Организуй грандиозный приём. Пусть Рим вспомнит, кто здесь настоящий игрок.
Он улыбнулся, ощущая в себе прежнюю силу.
— Да, ноги подводят, но ум и влияние — мои главные оружия. Через тебя я по-прежнему могу быть королем интриг и фальши.
— Считай, что всё уже в процессе, Маркус. Скоро весь город заговорит о твоём грандиозном возвращении.
Маркус откинулся на спинку кресла, глядя в окно на огни. Война только начиналась, и он был готов играть по своим правилам и в этот раз не против клана Рема и тем более не против его любимой женщины. В этот раз против собственного отца.
Тем временем в комнату вошёл один из помощников и положил перед Маркусом толстое досье. Маркус лениво перелистывал страницы, не ожидая найти ничего нового, пока взгляд не остановился на последних фотографиях — ярких, живых, полных силы и грации.
На снимках была она — женщина, которую он когда-то любил, та, кто спасал его не раз, кто оставалась в его памяти даже тогда, когда казалось, что между ними навсегда преграда. Именно она была той, кому он обязан жизнью дважды, а может, и трижды.
Его сердце сжалось — перед ним была не просто соперница или враг, это была Николетта. Его Николетта. И теперь он знал наверняка: её появление в этой игре не случайно. Он был навеки должник ей — женщине, чьё имя он не мог забыть.
Женщине, которая в итоге не выбрала его, но и не выбрала его соперника — того самого, с кем по иронии судьбы они оба стали союзниками. Этот неожиданный союз лишь усиливал внутренний конфликт Маркуса. Он понимал, что их судьбы переплетены куда сложнее, чем казалось на первый взгляд, и что игра, в которую они все втянуты, только начинается.
Последней страницей в досье значилось: последнее передвижение Ники Белл было зафиксировано на приёме у князя в Монако, а дальше — ни слуху, ни духу. В голове Маркуса внезапно пронеслась мысль: «Рем… Неужели ты опять опередил меня?» Тень раздражения и растерянности мелькнула в его глазах — противостояние с Лучиано становилось всё более изощренным и личным.
Маркус снова открыл досье и начал листать страницы, внимательно изучая фотографии и записи. Его взгляд остановился на одном из снимков — рядом с Ники Белл стоял мужчина, которого он хорошо знал. Это был Маттео — старый друг и давний союзник, который в своё время помогал ему выживать в жестоких играх кланов.
Вздохнув, Маркус провёл пальцем по изображению и задумался. Маттео всегда был верным и хитрым, но теперь, похоже, стоял на стороне той, кого Маркус по приказу отца должен был уничтожить. Эта мысль жгла внутри, заставляя сомневаться в собственных планах и мотивах.
— Значит, у тебя есть союзники... — пробормотал он себе под нос, закрывая досье и готовясь к следующему ходу в своей игре.
Маркус тяжело вздохнул, откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. В голове роились мысли, будто тёмные тучи перед грозой.
«Маттео… — мысленно произнёс он имя. — Мы были друзьями, партнёрами, почти братьями. Но однажды он выбрал свою дорогу, не мою. Предал. Может, он просто искал выгоду, или страх заставил. Но разве человек, который предал однажды, не предаст снова, не предаст ее?»
Он сжал кулаки, почувствовав горечь и разочарование.
«Сможет ли он быть на ее стороне теперь, когда ставки так высоки? Или этот союз — лишь временная маска? Нет права на ошибку. Если я ошибусь в доверии — потеряю всё.»
Маркус медленно открыл глаза, решимость вспыхнула в них — он должен играть осторожно и ждать момента, чтобы понять, кто действительно с ним, а кто — против.
Вечернее помещение кабинета окутывалось полумраком, когда Маркус в который раз набрал номер Рема. Звонок проходил мимо — ни ответа, ни гудков. Тишина.
Прошло почти полчаса, когда дверь кабинета мягко отворилась, и в комнату вошла Валентина. Её взгляд был спокойным, но в нём читалась привычная смесь хитрости и деловой хватки.