— А теперь… — прошептал он, — мы снова вместе. И никто, ни прошлое, ни Рим, ни враги не смогут изменить это.
Она вдохнула его аромат, её сердце забилось быстрее, и впервые за долгое время в её глазах появилось спокойствие: знание того, что наконец она может доверять своему мужу, своему Рему.
Лучиано наклонился к ней, губы встретились с её в мягком, но неотразимо страстном поцелуе. Сердце Николетты забилось быстрее, дыхание участилось, а пальцы невольно сжали его плечи. Каждое прикосновение было наполнено желанием и любовью, вспышкой эмоций, накопленных за годы разлуки и опасностей.
Он прижал её ближе, руки скользнули по спине, ощущая каждую линию её тела, а она, закрыв глаза, позволила себе раствориться в этом мгновении, доверяя ему полностью. Их губы снова и снова соединялись, нежность переплеталась с огненной страстью, создавая момент идеальной близости.
Николетта чувствовала, как теплота Лучиано проникает в неё, словно он пытался доказать, что никогда не отпустит, что она — его, несмотря ни на что. Он шептал её имя между поцелуями, а она, наконец, позволила себе расслабиться, забыть обо всём и просто быть рядом с ним.
— Я хочу тебя, — прошептал он прямо ей в ухо, и его голос дрожал от неосознанного напряжения и желания. Николетта ощутила, как каждое его слово пробуждает что-то внутри неё, волну тепла и желания, которую невозможно остановить.
Она взглянула на него, дыхание перехватило, сердце застучало быстрее.
Его руки осторожно, но уверенно обвили её талию, притягивая ближе, губы снова встретились с её, и они позволили себе раствориться в этой интимной близости, где страсть и нежность переплетались в единое целое.
Он медленно развязал пояс халата, и ткань соскользнула с её плеч, обнажая мягкую, нежную кожу. Николетта ощутила, как легкая дрожь пробежала по телу — от прикосновений, от его близости, от того, как сильно он ее желает.
Лучи осторожно коснулся её подбородка, заставляя поднять взгляд, и его глаза горели одновременно страстью и трепетом. Каждое движение было одновременно нежным и напористым, словно он одновременно хотел оберегать её и полностью завладеть её телом.
Он наклонился ближе, губы его встретили её шею, дыхание слегка участилось, руки мягко, но уверенно держали её.
— …я хочу, чтобы ты была только моей, — прошептал он, и в его голосе дрожала смесь желания и трепета.
Николетта закрыла глаза, отдаваясь мгновению, чувствуя, как каждое прикосновение Лучиано наполняет ее теплом, страстью и безопасностью одновременно. Весь мир за стенами спальни перестал существовать — остались только они двое, дыхание, сердца и неизменная близость, которая соединяла их пять лет назад и теперь стала ещё глубже.
Глава 89
Ники Белл
Николетта открыла глаза от аромата свежесваренного кофе и горячих круассанов, которые аккуратно расставил перед ней дворецкий. Лучиано всё ещё лежал рядом, слегка приподнявшись на локте, наблюдая, как она осторожно тянется за чашкой.
— Аморе, — мягко сказал он, улыбаясь,— Сегодняшний день решающий, но сейчас я хочу просто насладиться этим утром.
Николетта слегка улыбнулась, не спеша откусывая круассан.
— Тогда пусть этот завтрак будет только для нас. Без мыслей о Риме, о планах, о прошлом. Только мы и этот момент.
Она посмотрела на него, чувствуя лёгкое тепло в груди. Несмотря на всё, что было с ними, несмотря на страхи и планы мести, они позволили себе этот маленький оазис спокойствия, где мир был их, а время текло медленно, как медовая река.
— Соглашусь, — прошептал он, и их руки встретились над подносом, скрещиваясь в тихом обещании.
После завтрака она пошла мыться, а когда вышла из душа услышала напряженный разговор.
Николетта, завернувшись в свежий махровый халат, прислушалась к голосам, доносящимся из гостиной. Лучиано и Дарио говорили тихо, но достаточно отчётливо, чтобы она уловила суть:
— Мы не можем позволить им приблизиться, — сказал Лучиано. — Она должна оставаться под полной защитой.
— Понимаю, — ответил Дарио. — Всё будет готово. Слежка, план эвакуации, техника…
— Хорошо, — произнес Лучиано, — и ни один из них не должен даже заподозрить, что мы знаем о их шагах. Я не потерплю ошибок.
Николетта почувствовала, как внутри поднимается легкая тревога. Её сердце бешено колотилось, но одновременно возникло чувство уверенности: пока Лучиано рядом, она в безопасности, и даже самые сложные ловушки Ромула не смогут до нее дотянуться. Поэтому ей нужно действовать.