Николетта села в красный Мини Купер, быстро захлопнула дверь, бросила сумочку на переднее сиденье и включила зажигание. Мини Купер послушно загудел, будто радуясь, что хозяйка наконец-то вновь за рулем. После дней, проведенных в постели, каждый глоток свободы казался победой.
Но едва она переключила передачу, как в боковое стекло постучали. Она вздрогнула. На улице стоял Нико. Его руки были скрещены на груди, брови сведены. Выражение лица не оставляло сомнений: допрос начинается сейчас.
— Куда собралась? — спросил он, едва она приоткрыла окно.
— Подышать воздухом, выпить кофе, купить себе платье, может быть, пожить своей жизнью? — ответила она сухо. — Хотя да, ты ведь говорил, что теперь она не моя.
— Не в этот раз, Летта. — Он обошел машину и открыл дверь с её стороны. — Ты видела, что творится в новостях?
— Видела. И именно поэтому мне нужно выйти. Или ты думаешь, я собираюсь сбежать к Рему, чтобы устроить еще один спектакль?
Нико нахмурился.
— Я думаю, тебе нужно быть осторожной. Пока ты здесь, ты в безопасности. Пока ты не показываешься в городе — твоя жизнь под контролем. А если тебя снова увидят с кем-то не тем...
— То что? — Она выпрямилась, подняла на него взгляд. — Маркус решит, что я "перешла границу"? Или ты снова попытаешься спасти меня от самой себя?
Он шумно выдохнул, сдерживая раздражение.
— Всё, что я пытаюсь, — удержать тебя в живых. Ты не понимаешь, как близко ты была к смерти. И ты снова лезешь туда, где тебя ждет пуля или еще хуже.
Она молчала несколько секунд. Потом сказала тише.
— Я видела журнал. "Разбитые сердца". Ты знаешь, каково это — читать лживые признания девушек, которые никогда его не знали, но жаждут славы и мести?
— Это всё — работа Маркуса, — признал Нико. — Он хочет сделать Лучиано монстром. И неважно, правда это или нет. Он строит для тебя клетку, Летта. И называет это защитой.
Николетта посмотрела на него внимательно. Затем тихо произнесла.
— Он может очернить Рема. Но он не сможет стереть того, что я чувствовала. А теперь либо отойди, либо поезжай со мной.
На долю секунды Нико колебался. Потом захлопнул её дверь и отступил.
— Поезжай. Только... не давай им поводов, Летта. Не сегодня.
Она кивнула, включила передачу и уехала, не оборачиваясь.
Мини Купер несся по узким улицам Рима, оставляя за собой клубы выхлопа и напряжения. Николетта сжала руль, будто могла выжать из него ответы. Город казался чужим, как будто за эти две недели все перекроили реальность по-своему: улицы остались те же, но взгляды, запахи, люди — всё изменилось. Или изменилась она?
Остановившись у старого здания с зелеными ставнями и цветущими геранью на балконе, она заглушила двигатель и быстро поднялась по лестнице. Та самая дверь, за которой ее всегда ждали чай с лимоном, теплый плед и голос, напоминающий, что мир — это не только кровь и власть.
Она постучала.
Сначала — тишина.
Потом — шаги. Замок щелкнул, и на пороге появилась Белла. На ней были уютные домашние штаны и растянутая футболка с надписью Feminista. Глаза — распахнутые, как у ребёнка, которого внезапно вернули в детство.
— Летта?.. — прошептала она. — Это правда ты?
— Да, — выдохнула Николетта. — Прости, что без предупреждения…
Глава 42
Она не успела договорить. Белла обняла её крепко, будто боялась, что та снова исчезнет. Объятие было настоящим. Без страхов, политики и кланов. Просто дружба.
— Боже, ты даже не представляешь… — Белла отступила и вгляделась в лицо подруги. — Я думала, ты… Что ты умерла. Или исчезла. Никто не пускал меня к тебе в больницу, я звонила — твой номер был вне зоны. Сообщения не доходили. Ни одного!
— Я тоже это заметила, — Николетта прошла внутрь, села на старый диван. — Мне было странно, что никто не написал. Ни ты, ни подруги. Ни одной весточки. Я думала... все отвернулись.
— Как можно было отвернуться? Ты едва не погибла, Летта! — Белла поставила чайник, обернулась, кипя от злости. — Я стояла под больницей, просила охрану. Звонила твоему брату — он молчал. Писала даже в прессу. Мне сказали, что ты "не принимаешь посетителей".
— Что? — Николетта нахмурилась. — Мне никто не говорил. Маркус… он всё контролировал.
— Не только он, — добавила Белла мрачно. — Я уверена, что твой брат в этом тоже замешан. Он всё время твердил в интервью, что ты нуждаешься в покое. В покое? Или скорее в изоляции?
— Я не понимаю… — Николетта потерла виски. — Почему всё это происходит за моей спиной?