Выбрать главу

— Тогда почему ты меня сдала?! — вспыхнул он. — Почему сказала охране, что кто-то следит за домом?!

Она сделала шаг к нему. Очень медленно.

— Потому что не могла понять, кто ты. Тот, кто спасает меня… или тот, кто держит меня в клетке своей тени. Я устала бояться — даже тебя.

Он шагнул навстречу. Теперь между ними не было ни машины, ни воздуха — только жар.

— Я был рядом, потому что знал, что ты в опасности. Потому что всё, что происходит — это война. И ты в центре. А я не могу позволить себе потерять тебя. Ни ещё раз.

— Тогда почему ты не пришёл?

— Потому что… — он запнулся. — Потому что я зверь, Летта. Потому что, если бы я пришёл, я бы не смог уйти. А ты… ты была с ним.

Она стояла молча, глядя ему в глаза.

— Я не принадлежу никому, Лучиано. Ни тебе, ни ему. Я сама — и это мой выбор.

Он потянулся к ней, взял её руку, почти с благоговением.

— Тогда выбери. Скажи хоть что-то. Не молчи. Я сойду с ума.

Она посмотрела на его ладонь, обхватывающую её пальцы. В глазах был ураган.

— Я не молчу. Я просто… всё ещё не знаю, кто ты.

Он приблизился. Так близко, что чувствовал её дыхание. Больше не было злости. Только боль. Только желание.

— А ты знаешь, кто ты, Летта?

Она ничего не ответила.

Он отпустил её руку. Отступил на шаг. Затем открыл перед ней дверь машины.

— Садись. Я отвезу тебя кое-куда.

Она смотрела на него пару секунд. Потом кивнула.

И села в его автомобиль.

Салон машины был наполнен тишиной, но в ней звенело напряжение. Щелчок дверцы, плавный гул мотора — всё происходило в замедленной реальности. Лучиано сидел за рулём, глаза его были устремлены вперёд, но мысли — далеко отсюда. Николетта сидела рядом, отвернувшись к окну, но ощущая каждое его движение, каждый вдох.

Проехали пару кварталов, прежде чем он нарушил молчание.

— Я не знаю… — его голос прозвучал глухо, почти сдавленно. — Сможет ли моя душа… когда-либо отпустить тебя.

Николетта медленно повернулась к нему. В глазах её не было слёз, только решимость, затуманенная усталостью.

— А я знаю, — произнесла она спокойно. — Однажды ты отпустишь.

Он бросил на нее взгляд — короткий, но острый, как лезвие.

— С чего ты так уверена?

— Потому что ты любишь меня. Настоящая любовь не держит в клетке. Она либо борется честно — либо уходит. И если ты не отпустишь, значит, ты не тот, кем хотел бы быть для меня.

Он резко повернул руль, съехал с главной дороги на прибрежный пустырь. Машина остановилась. Только волны вдалеке били в камни.

— Тогда спроси, — сказал он, глядя на руль. — Всё, что хочешь. Я не буду больше прятаться.

— Хорошо, — произнесла она медленно. — Тогда скажи мне… покушение на вилле.

Он затаил дыхание.

— Это был ты? — она повернулась к нему, и теперь в её голосе зазвучала сталь. — Отдал ли ты приказ убить нас?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он молчал.

— Ответь, Лучиано, — произнесла она тише, но с жесткостью, от которой вены на его висках напряглись. — Только правда. Одна ложь — и между нами всё закончено. Навсегда.

Он закрыл глаза. Глубоко вдохнул. В груди что-то сжалось.

— Нет, — наконец произнес он. — Это не был я. Я не отдавал приказ. И если бы знал, что готовится удар, я бы умер раньше, чем позволил им добраться до тебя.

— Ты уверен?

— Я был уверен, пока не начал копать. — Его голос дрогнул. — Я не хотел верить. Но кое-кто из моих людей — возможно, кто-то из псов — действовал за моей спиной. Возможно, по наущению клана. Возможно, по своим мотивам. Я узнал об этом уже после. Слишком поздно.

Николетта внимательно смотрела на него. Тяжело дышала.

— И ты клянешься?

Он повернулся к ней. Его глаза потемнели.

— Клянусь своей кровью. Клянусь всем, что у меня осталось. Если бы я хотел убить тебя — я бы не сидел здесь, рядом. Я бы не страдал всё это время, не проклинал свою силу, не срывался ночью на крик, представляя, как тебя могло не быть. Я бы не пришёл сюда — ради того, чтобы ты сама отправила меня в изгнание.

Какая же это была ложь. Она бы никогда не простила его, узнав правду. Правда была в том, что он никогда не сможет простить сам себя за тот приказ.

Глава 46

Она откинулась на спинку сиденья. Медленно выдохнула. И вдруг — закрыла глаза.

— Тогда найди, кто это сделал, — прошептала она. — И не ради меня. Ради правды. Ради себя.

Он кивнул. Медленно. Почти с трепетом. Как будто принял долг, от которого не откажется.

— Я уже начал. И если выяснится, что это был кто-то из моих… — он стиснул кулак. — Он заплатит. Даже если это будет стоить мне всего клана.