Да телефон не переставал звонить. Телефон зазвонил вновь. И снова. Не унимался, словно знал, что тишина между ними — не навсегда. Не просто сигнал, не просто звонок — нечто более настойчивое, тревожное. Николетта подняла на Маркуса глаза. Он тяжело выдохнул, провёл рукой по её волосам и, неохотно, потянулся к телефону.
— Прости, — прошептал он. — Если бы мог, выкинул бы его к чёрту.
Он поднёс трубку к уху и ответил глухо:
— Да?
— Где ты? — голос Николаса был резкий, почти сорванный, с нотками паники. — Чёрт возьми, Маркус, почему ты не на связи? Что, чёрт побери, происходит?
Маркус резко сел, прикрывая Николетту краем пледа. Его спина напряглась.
— Утро, Нико. Люди обычно спят.
— Утро?! — почти закричал Николас. — Ты вообще в курсе, что творится? Где ты? С Николеттой?
Маркус коротко взглянул на Летту, которая теперь уже села и напряжённо вглядывалась в его лицо.
— Да, я с ней. Что случилось?
— Ты должен срочно приехать. Немедленно. Мы засекли сигнал — кое-кто взломал систему камер у вашего дома. Причём изнутри. Я думаю, это связано с Ремом. Или с тем, кто с ним. Ты понимаешь, насколько это серьёзно?
Маркус выругался сквозь зубы, но сдержался.
— Летта в порядке. Мы… мы у вас дома. Через час приеду, — отрезал Маркус и сбросил звонок.
Николетта уже смотрела на него в упор.
— Что значит — взлом камер?
Он провёл ладонью по лицу, взъерошил волосы и откинулся назад, тяжело выдохнув.
— Кто-то следит за твоим домом, а теперь и за моим. Изнутри. Или кто-то пустил их туда. Нико считает, что это снова Рем. Или кто-то из его окружения. Мы не можем это игнорировать.
Она вжалась в диван, стараясь осознать услышанное.
— Это… это значит, что тебя кто-то предал?
— Возможно, — тихо сказал Маркус. — И, как видишь, ты всё ещё в опасности.
Он повернулся к ней и обхватил её лицо ладонями.
— Но ты не не волнуйся, если будет нужно, отвезу тебя туда, где тебя точно никто не достанет. Но, Летта… — он прижал лоб к её лбу. — Ты должна быть со мной честна. Сейчас уже нельзя полутонов. Кто бы ни пытался добраться до нас — он уже слишком близко.
Она кивнула, чувствуя, как холод пробирается под кожу. Мир снова рассыпался на острые грани. Но теперь она не была одна.
— Давай поедем, — прошептала она. — Вместе.
Маркус встал, накинул рубашку и помог ей одеться. Его движения были быстрыми, чёткими — в нём снова проснулся Альфа, лидер, защитник. Но каждое его касание всё ещё было наполнено теплом.
Когда они вышли из дома, воздух был свеж и хрупок. Но что-то в нём уже предвещало бурю.
Она молча провожала его машину взглядом. Маркус отправился к Нико.
Маркус стоял у чёрного внедорожника, опершись о капот. Куртка была расстегнута, под ней — кобура. Взгляд холодный, сосредоточенный. Сигарета дымилась в пальцах, хотя он её так и не курил. Пепел падал на асфальт, но сам Маркус не двигался — только ждал.
Вскоре подъехала другая машина. Вышел Нико. Его лицо выражало тревогу и недоверие.
— Ты зря меня вызвал, — бросил он без приветствия. — Если ты собрался договориться с ними о перемирии…
— Какое перемирие, Нико? — перебил Маркус. — Пока мы играем в дипломатию, этот ублюдок продолжает подсылать к ней своих людей. Вчера — взлом камер. Позавчера — слежка. А до этого была пуля, которая должна была пройти мне в сердце. Только она влетела в неё.
Он резко развернулся, погасив сигарету об капот.
— С меня хватит. Я больше не дам ему даже приблизиться. Я выследил его.
Нико замер.
— Что значит — выследил?
— У него есть одно место. Неофициальное. Он думает, оно скрыто. Он приезжает туда раз в неделю. Мы перехватили сигнал от одного из его автомобилей. Завтра он будет там.
— И ты хочешь что? — голос Нико стал напряженным. — Убить его?
Маркус посмотрел на него, прищурившись.
— Нет. Не я.
Он кивнул в сторону, и из тени вышли двое мужчин. Одеты просто, но взгляд — как у стервятников. Один был лысым с татуировкой на шее, другой — высокий, с лицом, будто высеченным из камня. Оба не нуждались в представлении.
— Контрактники? — Нико сжал кулаки. — Ты спятил. Ты думаешь, убийство Рема останется незамеченным?
— Это не будет убийство. Это будет сообщение, — тихо сказал Маркус. — Он получит то, что посеял. Он должен знать, что за её кровь придёт расплата. Он нанял псов с юга, а я стервятников с севера.
Нико шагнул ближе, схватил его за плечо:
— А если ты ошибаешься? А если это не он?
— Тогда пусть скажет в глаза, что это не он, — рявкнул Маркус. — Но у него не будет шанса. Я не дам ему ещё раз дотронуться до неё. Понимаешь? Эта война уже началась, Нико. И мы либо ударим первыми, либо будем хоронить своих.