- От чего? - не понял Млад.
- Младик, ну посмотри на меня… Ты что, ничего не видишь?
Он внимательно всмотрелся в ее лицо - чуть округлившееся, с припухшими заплаканными глазами.
- Тоже мне, волхв-гадатель, - она улыбнулась. - Ну посмотри же!
- Я смотрю.
- Ты не туда смотришь, чудушко. Ладно, может быть, месяца через три разберешься…
- Дана… - он поднялся на ноги и сглотнул - у него вдруг пересохло во рту. - Дана, ты… ты носишь дитя?
- Наконец-то, - она улыбнулась.
- Дана… - он боялся спросить и понимал, что спросить надо сразу, чтобы не мучиться ни напрасной надеждой, ни глупой ревностью. - Дана…
- Ну что ты? Сядешь ты когда-нибудь?
- Я сяду, - Млад кивнул. - Ты мне только скажи…
Он снова замолчал, не зная, как спросить так, чтобы ее не обидеть.
- Ты еще смеешь сомневаться… - она усмехнулась. - Когда ты ушел, я решила, что выйду за тебя замуж, если ты вернешься. Когда мне сказали, что Добробой погиб, я очень испугалась. Его подружка тоже беременна, и я подумала… Я подумала, боги дали нам детей, потому что… Чтобы…
Млад перебил ее.
- Ты на самом деле выйдешь за меня замуж? - спросил он, запинаясь.
- Когда ты уходил, я поняла, что не могу без тебя. Я думаю, ты будешь хорошим отцом.
- Дана… Честное слово… Я буду хорошим отцом!
Пока топилась баня, она рассказала ему о Родомиле, о болезни князя, о том, что посадником стал Чернота Свиблов, о новом главном дознавателе, о новом воеводе, который, говорят, прелесть как хорош собой… Новостей в Новгороде хватало.
- С тех пор, как Свиблов стал посадником, построили три церкви и строят четвертую, каменную. На торге я то и дело встречаю христианских жрецов - их развелось больше, чем волхвов. А князь Борис запрещал им тут появляться и церкви хотел снести. Говорят, князь Волот умрет…
- Кто говорит? - переспросил Млад.
- Новгородцы. Мне показалось, кто-то нарочно распускает эти слухи. Свиблов, например. Я видела князя совсем недавно, он ехал верхом из Городища в детинец. Если бы он был так сильно болен, разве бы он поехал верхом? И потом, его лечит доктор Велезар.
- И чем он болен?
- Говорят, падучей болезнью.
- От падучей болезни не умирают быстро. Сначала человек превращается в слабоумного. Но в начале болезни между припадками он может чувствовать себя здоровым.
- Говорят, он прямо в думе упал и бился в судорогах…
- Я не врач. Доктору Велезару, я думаю, видней. Он знает все болезни, от которых случаются судороги. Ему достаточно было взглянуть на Мишу, чтобы тут же послать за мной…
Млад вспомнил Мишу, вслед за ним - Добробоя и вздохнул.
- Новый главный дознаватель нашел того, кто убил Белояра, - сказала Дана. - Родомил три месяца искал и не нашел, а этот за десять дней разобрался. Как будто Родомил был настолько глуп и не умел искать… Весь Новгород говорит об этом. И убийцу Смеяна Тушича он нашел тоже, еще быстрей. Мне кажется, он нарочно дурит головы новгородцам и князю.
- Не исключено.
- Тебе скучно? - удивилась Дана.
- Мне не скучно. Ты говори. Я просто… чувствую себя усталым. Мне кажется, что все изменилось, пока меня не было, и обратно повернуть ничего нельзя. Как будто что-то страшное происходит, а я могу только стоять и смотреть на это. В самом начале похода, когда мы возвращались из-под Изборска в Псков, у нас с Ширяем было видение. Иначе я никак не могу это назвать…
- Я знаю. Родомил читал мне твое письмо. Он после этого стал одержимым этим одноруким кудесником и поисками Иессея. Мне кажется, масло вспыхнуло в его лампе не случайно. Мне кажется, он бы Иессея нашел. Он очень верил тебе, ты сам себе не веришь так, как он тебе верил.
- Ширяй тоже хочет найти Иессея и собирается поехать к однорукому кудеснику.
- Как он? - Дана вскинула глаза.
- Он молодец. Он ведет себя, как мужчина. Он же шаман, ему тяжелей, чем любому другому на его месте.
- Его подружка каждое утро выходила на Волхов. И подружка Добробоя вместе с ней, хотя нам еще весной рассказали про вас. А потом началась распутица, и никто больше в университет не возвращался. Я не знала, что с тобой…
- Только не плачь больше. Я же вернулся. Потому что обещал…
Солнце скрылось за лесом, и его узкие, редкие лучи освещали горницу красноватым светом. Млад с Даной вошли в дом и увидели Ширяя, сидевшего с книгой за столом. Он не читал, просто сидел над книгой и смотрел в стену.
- Здравствуй, герой, - сказала ему Дана.