Покой охватил меня, и я услышала крик птицы, которая без особых усилий выписывала широкие круги надо мной.
Судьба играла со мной свою зловещую игру, но она дарила мне и эти неповторимые моменты. Мне было нелегко в этом признаться, но я была благодарна за путь, который уготовила мне жизнь. До прошлого лета мне всегда казалось, что мое предназначение состоит только в том, чтобы быть ничем не примечательной. Я не была поразительно красивой или безобразной, не была особенно умной и не обладала выдающимся талантом. Иногда мне казалось, что я могу найти определение своего имени в словаре как «посредственность».
Я улыбнулась. Было приятно, что, по-видимому, для меня был уготован особый план. Что я была достойна тех испытаний, которые были предписаны мне судьбой…
Пронзительный крик прервал мои размышления, и я быстро нырнула в высокую береговую траву.
Мое сердце снова заколотилось в груди, и мне пришлось дважды глубоко вдохнуть, прежде чем я смогла что-то расслышать.
Крики раздавались пронзительно и беспорядочно, и я осторожно выглянула из густого камыша.
Дети.
Неподалеку берег делал изгиб, и скалы образовали нечто похожее на небольшой залив. По-видимому, дети прыгали со скал в воду и купались. Я не понимала, что они кричали, но страх в их голосах можно было понять на любом языке. Что-то было не так.
Я забыла об осторожности и побежала вперед. Навстречу мне выскочила девушка, вся в слезах, умоляющая о помощи. Она тащила меня за руку за собой и что-то торопливо говорила. Снова и снова она указывала на озеро, на гладкой поверхности которого отражалось небо. Я не могла понять, что ее так напугало, но двое других детей тоже бурно жестикулировали, продолжая указывать на воду.
– Ш-ш-ш, все хорошо. Успокойтесь!
Я не знала, смогут ли они меня понять, но меня саму мои слова мало успокоили. Что здесь произошло?
Я обыскала глазами берег, но не смогла обнаружить ничего необычного. Еще раз взглянув на озеро, я заметила, что рядом с выдающейся вперед скалой поверхность озера покрылась мелкой рябью.
Дети суетливо показывали туда и подталкивали меня ближе к воде.
Черт возьми, там ребенок! На короткое время он показался над поверхностью, прежде чем снова уйти под воду.
Я не колебалась ни секунды, только сбросила кинжал и арисайд на землю и спрыгнула с края скалы. Вода здесь доходила мне только до бедер, но моя шерстяная юбка мгновенно впитала воду и свинцовой тяжестью прилипла к ногам.
Я с трудом продвигалась вперед. Как будто все происходило в замедленной съемке. Как будто моя борьба с юбкой длилась целую вечность, и панические крики детей превратились в мучительно медленную мелодию, пока я метр за метром приближалась к неподвижному ребенку.
Через несколько шагов вода стала глубже и доходила уже мне до груди. Холод на мгновение лишил меня дыхания, но не помешал мне двигаться дальше. Наконец я поплыла, при этом мое платье грозило утащить меня с собой на глубину. Каждое движение, которое приближало меня к темной копне волос, давало мне надежду, хоть я и изо всех сил пыталась бороться с холодом.
Когда я притянула к себе безжизненное маленькое тело, мое сердце судорожно сжалось. Синие, чуть приоткрытые губы на восковом бледном лице. Мальчику явно было не больше четырех. Щечки как у младенца и ручки такие крохотные, что я даже представить себе не могла, что опоздала. Его грудь не вздымалась, когда я перевернулась на спину, стараясь изо всех сил удержать маленькое тело на плаву и добраться до берега.
Расстояние было не больше, чем длина дорожки в бассейне, но мне оно показалось непреодолимым. Холод проник в мои мышцы и парализовал меня. Платье хотело утащить меня в мокрую могилу, как закоренелый враг, который не давал себя стряхнуть. Какой-то абсурд. Было не особо глубоко. Когда я коснулась ногами дна, вода была чуть выше моей головы. В любом случае этого было бы достаточно, чтобы утонуть.
Я заметила, как мальчик погрузился под водную гладь, в то время как я отчаянно пыталась удержаться над ней. Черт!
Вода попала мне в нос и, когда я закашлялась, в рот. В панике я отпустила мальчишку, пытаясь не уйти вглубь. Мои глаза слезились, а я искала ребенка. Вот он!
Я рванула его на себя, чувствуя себя ужасно от того, что вот-вот потерплю неудачу в его спасении. Я оттолкнулась от дна, стараясь экономить силы, сознательно погружаясь, чтобы потом рывком подталкивать себя ближе к берегу. При этом я сосредоточилась на том, чтобы всегда держать голову мальчика над водой.
Мои легкие горели от напряжения, холода и пронизывающей потребности в кислороде. В глазах начали плясать яркие точки.