Свое соглашение они скрепили рукопожатием, и Уильям удовлетворенно улыбнулся мне. Наверное, с моей стороны было довольно глупо ожидать, что он даст мне лошадь. Во всей деревне она была только одна, и эта старая кляча стояла уже одной ногой в могиле.
Так что добраться до границы земель Кэмеронов на телеге, запряженной волами, было настоящей роскошью, за которую Уильям дорого заплатил. Немногословный извозчик потребовал часть его запасов из кладовой, и теперь Уильям еще брал на себя наше пропитание. Я чувствовала себя жалкой. Поскольку вокруг и в помине не было ни одного супермаркета, я молчала в надежде, что семья Уильяма хорошо переживет зиму.
– Когда мы отправляемся? – спросила я Джеймса, который смотрел на меня так, словно у меня было две головы. Эти парни никогда и не слышали об эмансипации!
– Завтра. На рассвете выезжаем. И если что, я не буду тебя ждать, девчонка.
Он пытался выглядеть суровым, но на меня это почему-то не подействовало, и я усмехнулась, когда он начал ворчать.
– Да, сэр! – ответила я довольно бодро, не в силах дождаться завтрашнего утра.
Непрерывный дождь в последующие два дня ослабил мою радость от того, что я наконец-то еду в Буррак. Ни один сантиметр моей кожи не был сухим, а свекла прямо-таки плавала по телеге. Слякотная дорога не слишком долго давала нам с Джеймсом посидеть вдвоем на козлах. Большей частью нам приходилось идти рядом с повозкой, выталкивая колеса из грязи. Я проклинала себя за то, что не выбрала старую лошадь, когда вытирала грязь со щеки, в которую вол попал копытом.
– Давай, девочка, следующая часть пути будет лучше, – прокричал Джеймс, который был достаточно крепким для своего возраста. Он протянул мне руку, чтобы помочь подняться на козлы.
Я убрала с лица волосы, с его помощью забралась на телегу и обессиленно опустилась рядом с ним. Его дыхание пахло виски, когда он предложил мне маленькую жестяную фляжку, содержимое которой должно было согреть меня изнутри.
– Я ошибся в тебе, девчушка, – признался он мне, одобрительно кивнув. – От тебя есть толк.
Он накинул мне на плечи одеяло, хоть и не совсем мокрое, но довольно влажное, и натянул поверх наших голов кожаный брезент, чтобы мы не промокли еще больше. Должно быть, внутри пары сапог, которые я получила от Уильяма, выросли перепонки между моими пальцами, но я была рада, что хоть немного защищена от холодного ветра. Несколько глотков из фляжки Джеймса зажгли небольшой огонь в моем желудке, и я на мгновение бессильно и устало закрыла глаза.
Дорога показалась мне бесконечно длинной. Мы проехали несколько небольших поселков, а всю остальную часть пути были одни. Волы шли медленно, и продвижение вперед в такую погоду оказалось трудным делом. Иногда мне казалось, что пешком было бы быстрее, но потом я снова испытывала облегчение от того, что мне не придется самостоятельно преодолевать крутые горные хребты. После пары часов вынужденного нахождения вдвоем Джеймс оставил свое угрюмое ворчание… и хотя он в основном молчал, был довольно-таки приятной компанией.
Мне казалось, что ему где-то около шестидесяти, но, поскольку борода скрывала половину его лица, я не могла быть в этом уверена. Возможно, из-за седых волос он казался таким старым.
Спустя, как мне показалось, еще семь тысяч часов, когда вода уже лилась мне за воротник и вся кожа покрылась мурашками, вокруг все еще ничего не было видно, кроме серых гор, которые тонули в еще более серых облаках. Даже отсыревший хлеб из кладовой Уильяма казался на вкус каким-то серым.
Мне срочно нужен был горячий душ! Я обвила руками свое замерзшее тело и незаметно придвинулась чуть ближе к Джеймсу. Мне нужен был душ… и Пейтон!
Мой желудок сжался вокруг куска хлеба, когда я подумала о Пейтоне. Внезапно меня охватил страх. Что, если я его не найду? Шотландия – большая страна, и я понятия не имела, что делать, если он не дожидается в Бурраке, пока истекут его двести семьдесят лет проклятия. Где искать его?
Дождевая вода струей побежала мне на лоб по кожаному брезенту, и, выругавшись, я натянула арисайд еще сильнее над головой.
– Далеко еще? – спросила я, дрожа от холода.
– Не переживай, девочка. Мы скоро приедем, – заверил меня Джеймс и цокнул языком, от чего волы двинулись вперед немного быстрее.
– Как скоро? – спросила я, потому что каждая клеточка моего тела кричала о том, что хочет сойти с этой телеги.
Джеймс рассмеялся и ткнул меня локтем в бок:
– Мы приедем, когда приедем, да?
Виски, который он сунул мне в руку, должен был меня успокоить, но по крайней мере он согреет меня в любом случае. Я вздохнула и сделала глоток.