Он кивнул:
– Да, lassie, мы должны это сделать, но прежде чем мы спустимся вниз и ты сделаешь моего сына… ну, по крайней мере ту его часть, которая сегодня здесь, счастливым, я хочу тебе кое-что пообещать.
Когда он подошел к столу и налил нам обоим вина, от меня не ускользнуло, какой тоскливой была его мысль о Пейтоне, который несколько дней назад покинул Буррак. Улыбаясь, он подал мне чашу, и я сделала глоток. Вино было крепким и тотчас ударило мне в голову.
Черт, если я все еще хочу быть в здравом уме на церемонии бракосочетания, я должна быть осторожной.
– Саманта Кэмерон, ты можешь быть уверена не только в любви моего сына, но и в моей. Этот брачный союз принесет мир и надежду не только мне, но и всем Маклинам, а также станет знаком того, что в конце концов любовь победит ненависть. Благодаря тебе я могу дать своим сыновьям почувствовать, что они для меня значат, и они способны ответить взаимностью на это чувство. Мы можем простить друг друга и отпраздновать этот счастливый день вместе с тобой и Пейтоном. Мой клан, мое наследие и мой сын – все это я хочу дать тебе в подарок, а тебя с этими словами сделать моей дочерью.
Он подал мне вино и выжидающе посмотрел на меня.
Я не знала, что сказать, и со слезами на глазах опустошила чашу.
Когда я это сделала, мир закружился, и мне стало жарко. Фингаль наклонился и поцеловал меня в щеку с отеческой лаской.
– Готова? – спросил он, открывая дверь.
Пейтон был страшно взволнован, но в уже наступившей темноте никто не заметил, как он нервно провел рукой по своим коротким волосам. Юноша надеялся, что Сэм понравится то, что он сумел сделать за это короткое время.
Свечи освещали путь от замка к фруктовому саду позади него, а фонари, развешанные в кронах деревьев, создавали праздничную атмосферу. Для интимной церемонии были поставлены две скамьи, которые обычно приглашали людей отдохнуть под деревьями. Чтобы не вызывать лишних вопросов, на церемонии бракосочетания присутствовали только Шон, Фингаль, няня Макмиллан и сестра Фингаля Кендра, которые и до этого знали о проклятии. Сэм направилась к нему по лепесткам цветов, которые распространяли свой восхитительный аромат в вечернем воздухе. Даже с лица викария ушло угрюмое выражение.
– Мне кажется странным… – прошептал Шон, который стоял рядом с ним, – что ты на самом деле пропустил свою собственную свадьбу.
Пейтон знал, о ком думает Шон.
– Да, это так, – задумчиво согласился он. Он задавался вопросом, может ли это быть ошибкой, особенно с учетом того, что он вспомнил, как он вернулся в Буррак после освобождения у ведьм Фэр-Айл. Поэтому он наверняка скоро прибудет в замок.
Если быть честным с самим собой, то, пожалуй, это было даже главной причиной его спешки. Он знал, что его старое «я» смирилось со своей ситуацией и проклятием, но будет ли так, если он снова столкнется с Сэм…
Этого он предпочел бы не выяснять.
– Я не могу рисковать встретиться сам с собой, Шон, – вместо этого сказал он.
Тот нахмурился:
– Ты не знаешь, что произойдет?
У Пейтона не было ответа. Он не знал правил Вселенной, и его предположение в значительной степени опиралось на научную фантастику и теории путешествий во времени Марти Макфлая.
– Нет, не знаю и не хочу рисковать.
Шон кивнул:
– Я согласен, но только ты… нет, он… заслужил увидеть невесту. Поэтому я попросил тетю Кендру нарисовать картину Сэм. Ты дашь мне на это свое благословение, bràthair?
Сестра Фингаля Кендра изобразила всех членов семьи Маклин. Ее работы висели на стенах жилой башни, и на них были Блэр, Шон и Пейтон в детстве.
– Мы не пробудем здесь достаточно долго, чтобы Сэм могла позировать как модель, – возразил Пейтон, потому что не был уверен в том, что Натайра и Аласдер не нарушат своего слова.
– Ты же знаешь тетю Кендру, она не забывает лица. Саманте не придется долго сидеть, но, возможно, ей удастся хоть немного отдохнуть. Тебе не кажется, что все это слишком для нее?
Пейтон посмотрел в лицо своему брату и увидел на нем печаль. Насколько трудно будет Шону вновь погрузиться в бесчувственность проклятия, когда Пейтон и Сэм вернутся назад?
– Ладно, один день на передышку для всех нас, – согласился Пейтон. – А теперь, когда ты снова ненадолго можешь чувствовать, может, проведешь этот день с кухаркой Лилиан? По-моему, она давно сохнет по тебе.
Шон помедлил, а затем отрицательно покачал головой.
– Мы прекрасно проводили время, прежде чем проклятие прекратило это, – признался он и усмехнулся: – Но ты сказал, что я влюблюсь – в будущем, да?