— Ты удивлена? — спрашивает он.
Отец Деклана использует всех и вся в своих интересах. Мы - ступеньки в грандиозном плане Йена Пирса стать когда-нибудь президентом. Так что нет, я не удивлена.
Но если Джейс прав, Деклан лгал мне.
Я думала, отец Деклана был так же расстроен, как и мой, - что он пошел против них обоих. Если то, что говорит Джейс, правда, то Деклан все это время был в сговоре со своим отцом. Использовал меня в масштабной схеме, в которой Йен Пирс использует своего сына, чтобы выжать из моего отца деньги. И не только это, но он пообещал, что, как только он закончит, Деклан бросит меня.
Теперь понятно, почему Джейс не видит в наших отношениях угрозы.
Джейс мог бы морочить мне голову, но выражение его лица смертельно серьезно, и я не чувствую никаких намеков на ложь в его тоне.
Что реально?
А что нет?
В чем правда?
Что я схожу с ума?
— Зачем ты мне это рассказываешь? — Моя бутылка с водой хрустит в моей крепкой руке. — Если ты думаешь, что настроив меня против Деклана, ты увеличишь свои шансы со мной, то это не так.
— Мы оба знаем, что ни ты, ни я не принимаем таких решений, Тил. — Он качает головой. — Мне не нужно настраивать тебя против него, потому что это не имеет значения. Ты пешка, как и я. В любом случае, в конечном итоге мы будем вместе.
Я с трудом сглатываю, зная, что он прав, и проглатываю комок, застрявший у меня в горле. Мои глаза горят, когда я ковыряюсь в грязи, въевшейся в мои шорты.
— Я говорю тебе это, потому что ты заслуживаешь знать. — Джейс тянется к моей руке и сжимает ее. — Ты умна и красива, и это гораздо больше, чем думает твоя семья. Так что, когда все это неизбежно рухнет - к лучшему или к худшему, - я полагаю, самое меньшее, что ты должна быть в состоянии сделать, это довериться мне.
— Я никому не доверяю, — говорю я ему, вставая. — Но все равно спасибо.
Возможно, Джейс говорит мне это, чтобы настроить меня против Деклана, но это не имеет значения. Он прав. Я знаю, чем это закончится, независимо от того, что мы с Декланом пообещали друг другу. Все, что мне нужно сделать, это осмотреть двор в поисках доказательств этого.
Никто здесь не занимается этим из любви.
И уж точно не Пирсы и Донованы.
— Тил.
— Все в порядке. — Я отмахиваюсь от Джейса и ухожу.
Чем дальше я иду, тем быстрее мои шаги, и когда я краем глаза вижу, что Деклан покидает игру, я ускоряю шаг.
Я не знаю, кому доверять, что реально, а кто может мне лгать.
— Тил. — На этот раз меня зовет Деклан.
Лес начинает кружиться. Звезды сияют, как шары, в темноте, крича так же громко, как голоса в моей голове. Я почесываю предплечье, когда меня хватает чья-то рука.
— Не надо. — Я отстраняюсь, мое сердце бешено колотится.
— Что этот мудак тебе сказал? — Деклан разворачивает меня лицом к себе, и тон у него убийственный.
— Ничего. — Я снова пытаюсь уйти, но он останавливает меня, на этот раз становясь передо мной.
— Тилин...
— Он сказал, что твой отец использует тот факт, что ты встречаешься со мной, чтобы вытрясти у моего отца деньги на предвыборную кампанию. Это ложь?
Челюсть Деклана сжимается, когда он качает головой.
Часть меня думала, что он успокоит меня или, по крайней мере, соврет мне, чтобы мне не пришлось сомневаться в нас. Я должна была догадаться, что он просто еще один человек, который думает, что я слишком слаба, чтобы справиться с этим. Который использует тот факт, что я впечатлительная, против меня самой.
— Так ты все это время помогал ему? — Я отстраняюсь от него.
— Не совсем.
— Ты знал о сделке, которую твой отец заключил с моим, или нет? — Спрашиваю я. — Ты знал, что он использовал меня?
Деклан выпрямляется во весь рост.
— Я знал.
— Как долго?
Он стискивает зубы и ведет себя так тихо, что я слышу щебет птиц в ночи.
— Как долго, Деклан? — Теперь я кричу.
— С той ночи, когда мы вместе появились в доме твоего отца.
Подавляя свой гнев, я расправляю плечи.
— Ты знал, что твой отец пообещал моему, что ты порвешь со мной, как только он сделает то, что ему сказали?
Деклан кивает.
— Конечно, знал. — Я качаю головой, впиваясь ногтями в кожу головы. — Ты мог бы просто оставить это как шантаж. Позволить мне ненавидеть тебя. Тебе не нужно было притворяться, что тебе не все равно, просто чтобы заморочить мне голову.
— Тил...
— Кто я? Одно из твоих болезненных испытаний? Какой-то тест, который тебе нужно пройти как президенту дома Сигмы? Или, что еще хуже, игра, в которую ты играешь просто ради удовольствия? — Я обрываю его, отступая назад. — Ты почти одурачил меня. Деклан Пирс с сердцем? Я сумасшедшая.
Отворачиваюсь, и мир вращается вокруг меня.
Как я могла позволить себе доверять Деклану? Нет ничего искупительного в человеке, который сделал миссией своей жизни провести меня через ад. Он взломал мои секреты. Он использовал их против меня. Он оказался именно тем, кем я его считала.
Еще раз.
— Тил, послушай меня. — Я слышу его позади себя, но не останавливаюсь.
Если уж на то пошло, я набираю темп, убегая со двора и огибая дом. Я не знаю, куда я иду, знаю только, что мне нужно уйти. Не могу существовать в этом фальшивом мире, который они все создают. Мир выдумок, когда уже достаточно сложно отличить реальное от воображаемого.
В груди все горит, когда я спешу к дороге. И вот тогда я слышу это. Гудок в тишине, когда я замираю на пунктирной линии.
Он прорезает ночь, как масло.
Из-за угла показываются фары.
Машина.
Воспоминание.
Я застываю в центре, пока она едет прямо на меня.
32
Подсолнухи
Тилин
Тремя годами ранее
Фары.
Я смотрю на них, как подсолнух наблюдает за движением солнца по небу. Впитывая каждый луч и впитывая их до тех пор, пока ночь не заставит лепестки свернуться и увянуть сами по себе.
Я смотрю на свет фар и просыпаюсь.
Глаза открыты.
Сердце разорвалось по шву.
Мою кожу покалывает, а кровь с грохотом бежит по венам. Она наполняет мое тело с каждым ударом, пока я не начинаю парить.
Уплывать прочь.
Вот на что похоже смерть?
Я смотрю в конец туннеля, ожидая увидеть, как моя жизнь пронесется перед глазами. Я ожидаю почувствовать, как все хорошее ускользает.
Но все, что я вижу, — это пальцы. Руки сжимающие меня так крепко, что я не могу вырваться. Они оставляют свои отпечатки на моей коже, пока я сижу в этом тумане, и думают, что я ничего не вспомню.