Немало подвигов совершили подпольщики братья Евгений и Кирилл Гурло. Они уничтожали немецких солдат, подрывали технику, распространяли листовки. Однажды Евгений самодельной миной подорвал трансформаторную будку. Гитлеровцы заметили парня. Вскоре на квартиру Гурло пришли двое гитлеровцев. Они спрашивали у Евгения и Кирилла, кто живет в доме, не бывают ли у них посторонние. Братья почуяли неладное. Кирилл вышел в коридор попить воды, тут же выхватил спрятанную гранату и бросил ее под ноги фашистам. Братья схватили хранившееся у них оружие, гранаты и бросились на улицу. Но было уже поздно. К дому подъезжала грузовая машина, из нее на ходу выскакивали солдаты. Подпольщики отбивались до последнего патрона и погибли как герои.
Активно действовала подпольная комсомольская организация «Андрюша», состоявшая из 30 боевых групп; ею руководил штаб во главе с Николаем Кедышко. Николай работал на хлебозаводе «Автомат» и сам вывел из строя четыре электромотора, сжег три автомашины, испортил конвейер подачи теста. Подпольщики Тарлецкий и Волчек подорвали на городской электростанции турбину. Организация «Андрюша» совершила в Минске и его окрестностях свыше сорока крупных диверсий, уничтожила более 50 гитлеровских солдат и офицеров. Молодые подпольщики захватили и переправили в партизанский отряд три немецкие автомашины с оружием, боеприпасами и обмундированием, вооружили 90 жителей города и помогли им уйти к партизанам. 6 ноября 1943 года Николай Кедышко на одной из явочных квартир наскочил на вражескую засаду.
Он убил двух гитлеровцев, но и сам был тяжело ранен. Чтобы не попасть живым в руки врага, комсомолец застрелился. За подвиги, совершенные в боях с немецкими оккупантами, Николаю Кедышко было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза; его именем названа одна из улиц Минска.
В минском подполье, плечом к плечу с белорусами, самоотверженно боролись с врагом представители многих братских народов нашей страны. Я, в частности, хорошо знал армянина Михаила Огановича Багдасаряна. Он родом из города Шуша (Нагорный Карабах), до войны по комсомольской путевке работал на строительстве московского метро. В октябре 1941 года Михаил во главе группы разведчиков был заброшен во вражеский тыл. При выброске воздушного десанта Багдасаряна тяжело ранило осколком артиллерийского снаряда. Потерявшего сознание парашютиста отнесло ветром далеко в сторону, в болото, где вскоре его нашел житель деревни Малая Каменка Смолевичского района В. Петах. Колхозник привез раненого к себе домой. Семья патриотов выходила раненого, помогла ему связаться с минскими подпольщиками.
Михаил вошел в состав подпольной группы В. Сайчика — «Бати». Комсомолец действовал смело и решительно, часто выполнял сложные и опасные задания. Он неплохо говорил по-немецки, ему легко удавалось находить общий язык с охраной концлагерей в Минске и пригороде. Вместе со своими боевыми товарищами он помогал советским военнопленным выбираться из фашистских застенков и переправлял их в лес, к партизанам. Через некоторое время Багдасаряна под кличкой «Шурупов» включили в группу «охотников» по уничтожению оккупантов. Переодевшись в немецкую офицерскую форму, Михаил по ночам выходил со своими друзьями на «охоту» в разных районах города. На его боевом счету около сотни убитых гитлеровцев.
Советское правительство высоко оценило подвиги Багдасаряна, совершенные в тылу врага. Он был удостоен ряда правительственных наград.
Особенно большое внимание партизаны и подпольщики уделяли разведке. Еще летом 1943 года, накануне наступления войск Красной Армии на Курской дуге, Центральный Комитет КП(б)Б и Белорусский штаб партизанского движения потребовали от партизанских отрядов и подпольных групп усиления разведывательной работы в тылу противника. Советские патриоты восприняли это указание как одну из важнейших боевых задач. Они вели систематическое наблюдение за прохождением вражеских эшелонов, собирали подробные сведения о численности и вооружении местных гарнизонов, брали на учет и под свое наблюдение штабы и части, прибывающие в Минск и в другие населенные пункты области, узнавали маршруты движения гитлеровских частей к фронту, разведывали расположение военных объектов и их характер (стоянки автомашин, заправочные пункты, склады, базы), узнавали типы самолетов, базирующихся на аэродромах Минска и Борисова.
Для того чтобы лучше вести разведку, получить доступ к военным тайнам врага, некоторые подпольщики устраивались на работу в различные оккупационные учреждения, Так, по заданию партизан на работу в немецкое управление Белорусской железной дороги поступила двадцатилетняя комсомолка Зина Андрианова. Перед войной она закончила десятилетку и сравнительно неплохо владела немецким языком. Девушка серьезно отнеслась к поручению. Она старательно выполняла свои обязанности на службе и быстро вошла в доверие к немцам — сотрудникам управления. Подпольщица обратила внимание на Ганса Штрубе, который был посыльным и относил бумаги на пункт связи, в другие оккупационные учреждения. Из разговоров с Гансом Зина узнала, что он не хочет воевать с русскими, стремится вернуться на родину, к своей семье.
— Всем война надоела, — сказала однажды ему Зина. — Надо делать все, чтобы она быстрее закончилась.
— Мы люди маленькие, от нас это не зависит, — ответил солдат.
— Неправда. Зависит, и многое зависит, — возразила девушка.
Подпольщица вскоре убедилась, что Ганс не любит фашистов, и уговорила его помогать русским.
— Чем быстрее фашисты будут изгнаны из Советского Союза, тем скорее вы вернетесь к своей семье, сможете заняться мирным трудом, — пояснила Зина.
Ганс согласился помогать Андриановой, Он снимал копии со сводок, в которых фиксировались все происшествия на железных дорогах Белоруссии, и передавал их Зине, а она переправляла их партизанам. Таким образом, штаб нашего соединения имел полные данные о всех крушениях и диверсиях, происходивших на белорусских железнодорожных магистралях. Это позволяло партизанскому командованию не только контролировать действия диверсионных групп, но и знать, на каких дорогах ведутся ремонтные работы, где движение вражеских эшелонов больше, а где меньше, и в соответствии с этим направлять деятельность партизан-подрывников. Информация, передаваемая Зиной Андриановой, представляла немалый интерес и для Центрального штаба партизанского движения.
Так подпольщица-разведчица работала почти год. Но во второй половине 1943 года она стала замечать, что отдельные сотрудники железнодорожного управления относятся к ней подозрительно, и ушла в партизанский отряд «Большевик», а потом в штаб соединения. Но ее связь с Гансом не прерывалась. Немецкий солдат-антифашист передавал Зине ценные данные через ее двоюродную сестру Зинаиду Коренькову. Штаб партизанского соединения продолжал получать сведения о происшествиях на железных дорогах Белоруссии. Комсомолка Зина Андрианова храбро сражалась с врагом. Она погибла в бою в июне 1944 года возле озера Палик, во время гитлеровской блокады.
Большую разведывательную работу в Минске проводила группа Константина Лукьяновича Нехая, насчитывавшая шесть человек и связанная с бригадой «Штурмовая». Нехай обладал талантом подпольщика и удачно организовал работу группы. Так, через работницу мясокомбината Зосю Семенову, работавшую на картотеке по обеспечению воинских частей и соединений мясом, группа регулярно получала точные данные о наличии в Минской зоне боевых частей противника, их численности, движении. Павел Бурак, работая техником службы движения железной дороги, систематически информировал нас о продвижении войск и военной техники через Минский железнодорожный узел, вел учет количества эшелонов с живой силой и техникой, идущих на фронт, уточнял нумерацию воинских частей, их места погрузки и станции назначения. При удобном случае занимался и диверсионной работой. Группа не только установила, каким механизмом гитлеровцы разрушают полотно железной дороги при отступлении, но и передала партизанам чертежи этого механизма и его частей.