Эрель не слушал — его глаза заволокла меланхолия. Он продолжал грезить вслух:
— …Но однажды моя Несси уйдет, повинуясь голосу предков, и скроется в близлежащем озере. Долго-долго моя печаль будет неутешной, но все проходит со временем в подлунном мире, и затянется рана в сердце. Тогда я назову близлежащее озеро в честь любимой Лох-Несс, и это будет так по-шотландски… А кстати, не соорудить ли нам пару стаканчиков за счастливое избавление от настырных любителей драки, громко именуемой поединком?
Дракон выставил братьям флягу.
— Я — за! — поднял длань Ретайлер.
— Что-то не припомню случая, когда ты был против, конформист! — съехидничал его кузен, но на всякий случай поддержал предыдущего оратора.
Не обращая внимания на выпад братца, Ретайлер взял на ноздрю благоухание, распространяемое сосудом.
— Брусничный! Должно быть, от лесника, горюющего по своей блудной дочери…
— Не знаю, горюет ли лесник, а пойло горит, как подобает гореть такому пойлу! — авторитетно заявил Эрель. — Боюсь я другого — на троих не сообразить! Фляга на три четверти пуста. Видно, старик себе отлил, дабы забыться…
Тайлер, как наиболее любопытный, заглянул в узкое горлышко посудины, но, странное дело, абсолютно ничего не увидел. Как наиболее догадливый, он потряс флягу. Булькнуло два раза.
— Да, — сказал он расстроенно, — эксперимент подтвердил, что третьему не достанется.
— Подумаешь! — воскликнул его экспансивный брат. — Экая беда! Поди-ка сюда, одноклассник!
Последнее слово он произнес так невнятно, что вместо «одноклассник» у него получилось «одноквасник». Следует признать, в данном контексте это было гораздо ближе к действительности.
Хлопнули одноквасники друг друга в лоб и снова стали в единственном числе. Как при встрече с сэром Стенвудом.
— Так-то оно симпатичнее, — согласился с метаморфозой Эрель и разлил содержимое фляги.
— Удивительный напиток! — сказал Тайлер-Ре, утираясь рукавом. — Прямо-таки за душу берет!
— Согласен! — сказал дракон. — Но меня другое тревожит.
— Что именно? — борьба и единство противоположностей приняли вид полного внимания и сопереживания.
— Откуда сэр Стенвуд про мое убежище прознал?
— Нет ничего проще. Издалека усек наш костерок и заглянул на огонек.
— Нет, друг мой! Возле костра грелся ты-один, потом вас стало ты-двое, но меня-то там не было — я в пещере отдыхал!
— А и впрямь, — почесал в затылке Тайлер-Ре. — Подскакал он к нам, враз раздвоил и давай выспрашивать, куда дракон делся! Стало быть, знал он про тебя!
— Вот я и спрашиваю, откуда?
— Может быть, раньше был с тобой знаком?
— Нет! — отрезал Эрель в драконовой шкуре. — У меня достаточно ума не держать дружбу с парнями в железе! У меня на рыцарей аллергия.
— Ты — редкий экземпляр! Тебя следует занести в Красную книгу Гиннеса! — Тайлер-Ре вытащил откуда-то записную книжку в алом сафьяновом переплете. — Вот она, родимая! Будьте любезны, адрес, инициалы, телефон…
— Брось дурачиться! — Эрель совершенно не был расположен к шуткам.
— Тогда не знаю, откуда сэр из Малахола узнал, где проживает Эрель, заколдованный в дракона.
Они допили остатки. Последние сорок капель, честно поделенные пополам.
— А теперь? — с надеждой в голосе поинтересовался Эрель.
— Все равно не знаю!
— А ты напрягись! — в голосе Эреля явственно прозвучала готовность услышать положительный ответ.
— Вспомнил! — радостно возопил Тайлер-Ре спустя несколько минут.
— Ура!!! — поддержал дракон, хлопая по земле хвостом.
Так приятели развлекались, двавлекались, тривлекались, пока окончательно не притомились.
— Говори! — потребовал дракон, отдышавшись. — Откуда этот малахольный сэр знает про меня?
Тайлер-Ре недоуменно пожал плечами.
— А я откуда могу знать, откуда он тебя знает?
— Ты же сказал, что вспомнил!
— Да, — не стал перечить кузен-сам-себе, — и не отрицаю. Я действительно вспомнил. Но вспомнил нашего колдуна-педагога, который по твоей милости уселся на ежа! Его имя — Том Твенти!
На совершенно безоблачном небе громыхнул гром.
— Вот оно! — шепотом сказал дракон. — Это он, Том Твенти, наслал на меня рыцаря!
— Ты уверен? — ужаснулся Тайлер-Ре.
— Уверен!
— Если это и вправду колдун, теперь не отстанет. Характер у Тома препротивный. Хорошо, что он тебя в одноголового превратил, а мог бы гораздо хуже… Скажем, по строению тела тебя продолжали бы числить по типу рептилий, а вот класс был бы другой — двоякоогнедышащих или трояко… Жди от него новых сюрпризов!