Я усаживаю Елену в кузов на ее прежнее место, прыгаю за руль. Мы отдаляемся метров на пятьдесят. В зеркало заднего обзора хорошо видно, как мордоворот с автоматом выходит за ограду, глядя нам вслед. Ему тоже знакомо адское пекло пустыни, жизнь в утлых комнатках, отвратительная еда и нормированные порции воды. На самом деле мы не такие уж и разные. Но солдафон служит Владыке, а потому здесь его ненавидят. Ему ничего не остается, кроме как ненавидеть в ответ...
До моего слуха сквозь рокот двигателя вдруг доносится слабое неразборчивое бормотание. Я оборачиваюсь, смотрю на девчонку – ее губы двигаются, словно в бреду. Ребята тоже это замечают. Я жму на тормоз, и вездеход останавливается, подняв вокруг себя облако рыжей пыли. Все вместе мы склоняемся над Еленой.
Голос девушки слабый, монотонный, разбавляется тяжелым прерывистым дыханием, но речь слышна отчетливо.
– Эр сетхир ман тэй... – звучит болезненный шепот в прохладном вечернем воздухе. Елена повторяет снова и снова одну и ту же фразу, будто мантру. Ее голова слегка запрокинута, глаза закрыты.
Мы переглядываемся. Дэн спрашивает:
– У кого из вас языковой модуль?
Не отвечая, я достаю из рюкзака черную коробку размером с ладонь. На ней сверкает отражением неба широкий экран. Эта технология досталась Портам от Варруса еще лет сто назад. Функция у нее всего одна – переводить с языков старого мира на общий язык Эдема и наоборот. Безделушка, одним словом, но копателю может существенно облегчить жизнь, если ему удается поймать стервятника, знающего, где искать места богатые на добычу. Сейчас ведь только дикари разговаривают на древних языках, в Эдеме остался лишь один – общий.
– Эр сетхир ман тэй... – продолжает бормотать девчонка. Я подношу к ее губам устройство, раздается негромкий писк, и экран вспыхивает оповещением:
"Речь имеет признаки языка. Язык не запрограммирован в системе"
Некоторое время мы смотрим на желтые буквы молча.
– Может, глюк? – наконец спрашивает Дэн.
Я снова подношу переводчик ко рту девчонки. Результат аналогичный.
– Ты проверял обновления баз данных? – Соня со свойственной ей нетерпеливостью выхватывает у меня из рук устройство и лихорадочно тыкает пальцами в дисплей.
– Базы данных уже лет двадцать никто не обновляет. Племена стервятников, которые встречаются копателям, говорят всего на шести языках. Твою мать, ты и сама это знаешь. – Я выхватываю переводчик обратно, девушка смотрит на меня со злостью и испугом.
– Это все меняет, Макс! Если кто-то услышит… – Соня с тревогой озирается по сторонам.
Разумеется, я знаю. Законом Владыки в Солнечный Эдем запрещено привозить стервятников. Тому, кто нарушит этот запрет, грозит каторга, или изгнание в Пустые Земли. Солдатам будет плевать, что девчонка не похожа на дикарей – ее бормотания на чужом языке достаточно, чтобы мы провели остаток своих дней на каменоломнях, или сдохли от голода в пустыне, а сама Елена получила пулю в лоб без всякого суда.
И почему я сразу это не предусмотрел? Логично было предположить, что наша странная находка может говорить на каком-то из древних языков. Но я лишь обрадовался тому, что она знает общий…
Солдафон с красным платком все еще стоит за оградой. Отсюда трудно разглядеть, но я уверен – он смотрит в нашу сторону. Если сейчас в его голове промелькнет мысль, что мы странно себя ведем, мелкими неприятностями отделаться вряд ли удастся.
– Валим. – Я хватаюсь за рулевое колесо и вдавливаю педаль акселератора.
Сортировочная зона позади начинает стремительно удаляться вместе с броневиками и солдатами.
– Ты куда? – спрашивает Дэн настороженно.
– К Аггай. В госпиталь нельзя. Доложат в комендатуру, и тогда нам конец.
– Думаешь, Аггай не выставит нас? – скептически хмыкает Соня.
– Не выставит. – Я отвечаю грубовато, огрызаясь, но сам не уверен в своих словах.
Впереди тянутся каменные ограды сельских домов – самых первых построек Порта – очень старых, покосившихся, напоминающих о далеких временах, когда люди лишь начинали осваивать Пустые Земли. Я останавливаю машину у одной из таких оград, быстро выпрыгиваю из кабины, беру Елену на руки. К моему огромному облегчению, ее странный бред успел прекратиться – девушка молчит, но все еще остается без сознания.