Стоят ли этого деньги? Да, если умеешь зарабатывать только таким способом…
От необходимости отвечать меня спасает пронзительный птичий крик. Мы вздрагиваем и дружно поднимаем головы. На скале неподалеку сидит пустынный гриф – крупная птица с массивным загнутым клювом и перепончатыми крыльями. Дэн тут же хватается за дробовик, но я останавливаю его:
– Не надо. Он живых не трогает. А вот лишний шум нам ни к чему.
Друг возвращает оружие на колени, я невольно ежусь. Эти жуткие птицы, слетающиеся на места кровавых побоищ, напоминают мне об уродливости мира. Они будто черви на мертвом теле Земли – свидетельство того, что мы живем на давно окаменевшем и высохшем трупе, которому никогда не стать цветущей планетой, сгубленной нашими предками.
И с каких пор я стал таким пессимистом?..
– Смотрите! – вдруг восклицает Соня и тычет пальцем куда-то прямо перед моими глазами.
Я вглядываюсь и чувствую, будто внизу живота развязывается тугой узел. Впереди, между скалами маячат блики света.
– Там выход! Будьте начеку! – командую я.
Ребята берут ружья. Я сбавляю ход и, когда перед нами расщелина обрывается широким проходом, останавливаю вездеход.
– Ну? Что я говорил? – ухмыляюсь, подбадривая скорее самого себя. Выбираюсь из кузова и, ощущая, как ноги и копчик благодарят меня за расставание с жестким креслом, шагаю к выходу из ущелья. За мной увязывается Дэн, держащий наготове дробовик, Соня остается в машине. Мы хорошо знаем протоколы Гильдии: никогда не бросать транспорт без присмотра и не соваться всей командой в неразведанные места.
Шагая по остывшему в тени песку, я не надеюсь увидеть что-то новое. Копатели веками бороздят Пустые Земли, роют карьеры, копошатся, точно муравьи, в останках древних городов. И везде одно и то же: мертвая испепеленная солнцем земля, свирепые мутанты и редкие поселения стервятников. Со Дня Опустошения прошло уже больше пятисот лет. Надежды обнаружить признаки сохранившейся природы или другие разумные остатки человечества исчезли в истории. Нам бы сейчас просто найти хоть крохотный городок. В нем можно отыскать древние компьютеры, технику, материалы для разработки новых сплавов, иногда оружие. Пусть даже он окажется давно ушедшим под землю, с помощью сканера грунта мы легко его обнаружим. Правда, придется вернуться в Порт за спецтехникой…
Я останавливаюсь как вкопанный, едва дышащая сквозняком расщелина остается за моей спиной. Дэн присвистывает и, забыв про осторожность, опускает ружье. Я подношу ко рту рацию, мгновение медлю, удостоверяясь, что в зоне видимости нет никаких опасностей, затем проговариваю пересохшим от волнения языком:
– Соня, выгоняй тачку. Есть добыча.
Перед нами простирается все та же бескрайняя пустыня. Редкими клыками из нее торчат скалы, но неподалеку, впереди мы видим древние постройки. Они обнесены забором из металлической сетки, провалившимся в землю, верхушки которого все еще упрямо торчат над поверхностью. Сами строения невысокие, некоторые из них напоминают что-то вроде ангаров, другие возвышаются на несколько этажей. Стены давно пожелтели, слившись с песком. Черные дыры окон смотрят на нас безжизненно, как глазницы черепа.
– Как думаешь, что здесь было? – спрашивает Дэн. В его голосе слышится нетерпение.
Я пожимаю плечами:
– Завод какой-нибудь. Военная база. Тюрьма… Пес его знает… Давай лучше сами выясним.
Вездеход выползает из ущелья, из него буквально выскакивает Соня.
– Да ладно! – Ее глаза жадно ощупывают древние руины. Девушка даже не замечает, как от ветра к ее лицу прилипают растрепавшиеся рыжие волосы. – Милостивая смерть… Если там есть что-то редкое или хотя бы компы, сможем на год в отпуск свалить!
– Предвкушаю безумную вечеринку в Варрусе, – ухмыляется Дэн. – Позовем девчонок и предадимся разврату. Согласен, Макс?