– Фу! – Соня кривится, бросая на нашего соратника уничтожающий взгляд, а я вновь смотрю в манящие неизвестностью оконные проемы.
– Давайте сперва выясним, что там есть ценного.
Мы дружно запрыгиваем в вездеход и через минуту оказываемся на территории, огороженной забором. Как и везде, здания здесь давно утонули первыми этажами в песке, провалились в землю, будто она в сговоре со временем медленно поглощает их. Чтобы пробраться внутрь тех, что напоминают ангары, нам придется вооружиться лопатами и, скорее всего, заночевать здесь, но мы сначала решаем проверить постройки, в которые можно забраться через окна.
– Дэн, сторожи транспорт, – велю я. – Мы с Соней на разведку. Если что-то идет не так, на рожон не лезем. Быстро сваливаем, потом решаем, что делать. Ясно?
– Добро, – небрежно бросает девушка и взбирается через оконный проем внутрь.
Я следую за ней.
То, что открывается нам внутри, ничем особенным не отличается от сотни других аналогичных помещений, которые мы успели повидать. Обыкновенный кабинет с завалившимся набок столом и другой покрывшейся исполинским слоем пыли мебелью. Из ценного здесь только древнее портативное средство связи, принадлежащее когда-то хозяину останков, торчащих костями из выцветшей одежды. Таких мы видели немало, поэтому без всяких зазрений совести перешагиваем через скелет и проходим в единственный дверной проем.
– Похоже, какая-то офисная хрень, – разочарованно констатирует Соня.
Я понимаю подругу без объяснений. Коридор вполне обычный – по обе стороны одна за другой тянутся одинаковые двери, все уже давно превратилось в рухлядь.
– Ну, хоть компов насобираем. Сама же сказала, – подбадриваю я.
– На жизнь хватит. Просто надеялась увидеть что-нибудь необычное. Как представлю, насколько мы далеко от крайней флажковой границы, мурашки по коже…
Я мрачно усмехаюсь и отворяю ближайшую дверь.
С маниакальной педантичностью мы обследуем одно помещение за другим. Все, как и ожидалось: компьютеры разных моделей, средства связи, куча останков. То, что представляет ценность, мы стаскиваем в кабинет, через окно которого проникли в здание, потом грузим в кузов вездехода, и я чувствую, как тревога сменяется радостью.
– На кусков сто потянет, – говорю удовлетворенно, оценивая гору собранного хлама.
Сто тысяч кредитных единиц – это полгода безбедной жизни для всей команды.
– Ребят, взгляните-ка сюда, – вдруг озадаченно зовет нас Дэн, который последнюю минуту занимался настройкой забарахлившего сканера грунта.
Мы с Соней подходим к товарищу. Он тычет пальцем в экран.
– Смотрите. Здесь что-то есть под землей.
Несколько секунд мы изучаем смоделированное изображение, затем я бормочу себе под нос:
– Что-то вроде подземного бункера… Довольно глубоко…
– Нужно туда спуститься. – Дэн возбужден и настроен решительно. – Ребят, если мы найдем какие-то древние высокотехнологичные штуки, сможем торговать с Неприкосновенными!
– Поддерживаю, – воодушевленно кивает Соня.
Находка меня тоже будоражит, но, продолжая смотреть в экран сканера, я некоторое время медлю. Все логично: мы – искатели древних сокровищ, если всякое давно вышедшее из строя барахло можно так назвать. Найти что-то, кроме городских или промышленных руин, для нас – большая удача. Редкие объекты обычно хранят в себе редкие ценности. Но что-то сейчас останавливает меня. Какое-то тревожное предчувствие. Само по себе место довольно странное. Судя по данным сканера, поблизости нет древних городов или поселений. Оно зачем-то было расположено вдали от цивилизации, но здесь нет наблюдательных вышек, казарм или научного оборудования. Что находилось тут на самом деле, остается только гадать. И этот странный объект в ста метрах под землей вызывает ощущение легкого холодка, ползущего по спине.
– Ладно, – решаюсь я. – Модель показывает, что спуск начинается с цокольного этажа. Он вертикальный, скорее всего – шахта. Если первый этаж не завалило, должны пробраться. В этот раз пойдем мы с Дэном. Соня, выходи на связь каждые пятнадцать минут. Если мы перестанем отвечать, не ходи за нами. Жди один час и уезжай. Поняла?