– Все в порядке? – настороженно интересуюсь я, наконец с облегчением роняя пакеты на пол. Побелевшие пальцы тотчас наливаются кровью и начинают гореть.
Глаза старика перемещаются на меня с таким выражением, будто он даже не заметил, как я вошла.
– Да… – кивает он и будто бы виновато отодвигает стакан. – Все удалось купить по списку?
– Криетронских пряностей нет в наличии. – Я вздыхаю разочарованно, зная, что Еремей расстроится.
– Проклятые политики, – ворчит он. – Перед Турниром каждый раз так. Специально создают дефицит импорта.
– Зачем? – решаюсь я завести разговор издалека.
– Чтобы показать населению, как может быть, если Варрус проиграет. Сейчас Владыка имеет весь Эдем. За ресурсы Портов другие столицы поставляют ему все, что он хочет, по мизерным ценам. Но Турнир может быстро все поменять… – Старик кашляет в кулак и кивает на свободный стул. – Ты садись, если устала. Работы, кроме сортировки продуктов, до вечера все равно нет.
Оставив пакеты у барной стойки, я прохожу к столу, за которым сидит мой собеседник, и усаживаюсь напротив него.
– Там, на улице женщина раздает листовки и просит что-то вроде пожертвований для Хранителей…
– Ничего не давай ей! – сердито восклицает хозяин бара. – Эти псы якобы собирают помощь семьям погибших в предыдущих Турнирах, но на самом деле восемьдесят процентов средств оседает в карманах чиновников, заведующих фондами! – Он придвигает стакан обратно к себе, секунду думает, затем поднимает его и делает маленький глоток.
Кажется, мой пожилой друг сегодня не в своей тарелке, но любопытство пересиливает мои опасения показаться нетактичной.
– Еремей, расскажи мне о Турнире. Что это такое вообще? Все вокруг болтают…
– Ты правда не знаешь? – Сердитость на лице старика сменяется искренним удивлением. – Я думал, твоя потеря памяти не коснулась главного в нашей жизни… Что ж… С чего бы начать?.. – Он хмурится, собираясь с мыслями.
Я уточняю:
– Зачем его проводят? Это что-то вроде соревнований?
– Хех… – раздается невеселый стариковский смешок. – Если называть соревнованиями кровавую мясорубку, то – может быть… Турнир придумали Неприкосновенные в восемьдесят четвертом году. То есть больше четырехсот лет назад. Ты, наверное, и историю не помнишь?
Я отрицательно кручу головой. Мужчина продолжает:
– Сначала в Солнечном Эдеме было лишь три столицы. Варрус, Криетрон и Хиллвиль. Гарфурда тогда не существовало, а заводы в Портах еще только достраивались. Все началось с того, что некая Дафна Оркан, жена генерала Варруса, подняла бунт. Его пытались подавить, но баба оказалась упрямая и добилась своего. Она ушла, уведя за собой несколько тысяч военных и гражданских, и основала Гарфурд, а в нем учредила матриархальный строй.
Стеклянный край стакана вновь касается тонких губ Еремея. Он глотает коньяк, зажмуриваясь с наслаждением. Я нетерпеливо ерзаю на стуле, но молчу, боясь сбить собеседника с мысли. Наконец он выдыхает, обдавая меня запахом спиртного, и снова начинает говорить:
– Во время бунта Дафны велись серьезные бои. Мятежники грозились захватить Порты, а Варрус угрожал и вовсе уничтожить их. Из-за этого в конфликт оказались втянуты Хиллвиль и Криетрон. Смешно, но счастливчики, пережившие апокалипсис, взялись за старое и едва не перебили друг друга. Тогда пришли Неприкосновенные и навели порядок. Они запретили городам воевать, но разрешили один раз в десять лет решать конфликты силой – проводить Турниры Хранителей, где так же льется кровь, и гибнут солдаты.
Неприкосновенные. Еще одно слово, которое остается для меня неразгаданной тайной. Я слышала его уже много раз в чужих разговорах и однажды из уст Аггай.
Интересно, что с ней сейчас? Жалеет ли она, что приютила загадочную девушку из пустыни и помогла ей встать на ноги? Думает ли, что добро, сделанное для других, иногда оказывается лопатой, которой ты роешь яму самому себе?