Когда я проглатываю последний кусок, лицо Максима вдруг становится серьезным.
– Елена, постарайся что-нибудь вспомнить, – говорит он, и теперь мне не нравится его взгляд. Хмурый, колючий, выпытывающий. – Кто ты? Как оказалась в том месте, где мы тебя нашли? И что это вообще за место?
Я неловко вытираю рот рукавом, несколько секунд молчу, стараясь выполнить просьбу парня, но память не поддается. Лишь мое имя отзывается ощущением чего-то родного.
– Прости…Я ничего не помню… – бормочу негромко, тряхнув головой. – Кажется, мы уже говорили об этом?
Максим кивает мрачно и разочарованно. Дэн теперь тоже серьезен и, кажется, чем-то озадачен.
– Когда ты просыпалась до этого, мы пытались с тобой поговорить, – рассказывает он. – Но ты быстро отключалась. Думали, уже не дотянешь...
– До чего? Куда мы едем? Где я вообще? – Вопросы сыплются из меня, как камни из дырявого мешка.
– Мы в Пустых Землях, – отвечает Максим. – Что-нибудь помнишь из истории? Про День Опустошения, про Древнюю Войну?
Я оглядываюсь вокруг, вижу все ту же мертвую пустошь и только сейчас понимаю, насколько сильно от нее веет гибелью и безнадегой. Даже солнечное небо здесь кажется вечным, но безжизненным, будто его душа ушла, не желая смотреть вниз на обугленные останки земли. Все это, включая ржавый транспорт моих спасителей, кажется мне совсем чужим и незнакомым.
Растерянно глядя на парней, я отрицательно кручу головой. Заметив это, Соня вдруг усмехается и выдает:
– Добро пожаловать в мир песка и пыли, подруга.
Максим бросает на нее жесткий взгляд, девушка отворачивается.
– Земля такая везде, – объясняет он, и я вновь ощущаю исходящее от него незримое тепло. – Уже больше пятисот лет. Мы из Солнечного Эдема. Так называется объединение городов, где живут последние люди. Все, что осталось…
Парень смолкает. Я тоже молчу, пытаясь осознать услышанное. Во мне нет ни страха, ни тревоги – только растерянность и странное ощущение, будто все происходящее бредово и нереально, как дурной сон. Но я знаю, что не сплю.
– Может, поедем уже? – нетерпеливо спрашивает Соня.
Максим и Дэн отворачиваются, машина толкается на месте, затем трогается. Я остаюсь наедине со своими мыслями и пустыней, проплывающей мимо неизменным пейзажем смерти.
***
Проходит, наверное, час, прежде чем на горизонте впереди появляются силуэты построек. За это время я успеваю узнать от Дэна, оказавшегося довольно болтливым, что они с Максимом и Соней – копатели. Так называют людей, которые ищут в Пустых Землях разные ценные вещи, оставшиеся в руинах погибшего мира. У них есть целая Гильдия – что-то вроде профессионального союза. Со слов парня я понимаю, что работа эта очень опасна, многие погибают от клыков и когтей мутировавших животных, а еще из-за нападений каких-то стервятников, которые вроде бы люди, но уже не совсем. Дэн даже рассказывает пару историй о том, как им героически удавалось выжить в стычках с последними, но, судя по скептическому хмыканью Сони, становится ясно, что рассказы сильно приукрашены.
А еще он называет машину, которая нас везет, вездеходом и объясняет, что мы направляемся в некий Порт – одно из девяти других аналогичных поселений, разбросанных по периметру Солнечного Эдема. В таких городках располагаются всяческие заводы, фермы и в том числе базы копателей, а назначение Портов – обеспечивать различными ресурсами четыре главные столицы. Названия последних я не запоминаю, но рассказы кажутся мне очень интересными. Впрочем, длится наш разговор не слишком долго. Когда впереди показывается город, Дэн достает какое-то электронное устройство – плоский экран с сенсорным дисплеем, и начинает заполнять в нем чрезвычайно важные, по его словам, экспедиционные отчеты.
Я смотрю вперед на заволоченные смогом здания, которые кажутся издалека призрачными и совсем крошечными. Но мы быстро приближаемся, пелена смога развеивается, а перед моим взором вырастает город. Местность здесь ровнее, на ней совсем нет скал и обрывов. Я вижу вдалеке другие вездеходы. Они ползут в разных направлениях, напоминая отсюда маленьких жуков. В городе виднеется множество длинных зданий – что-то вроде ангаров, и маленькие домики. Высоких построек там нет, вместо них торчат трубы разной высоты, испуская в небо сизые столбы дыма.