Рисунок окаймляла надпись: «судьба прочертила через тебя круг!»
Тело Алексея окаменело. Мочевой пузырь сжался так сильно, что низ живота свело судорогой. Он попытался отдернуть руку, но грязные пальцы держали как клещи. В следующий миг лицо Нищего придвинулось почти вплотную. Из носа торчали пучки волос. Желтушная кожа натянута прямо на кости черепа. Пахнуло фекалиями, табаком, тухлятиной и еще чем-то вроде скисшего арахисового масла. Алексей увидел гнилые зубы, распухшие, кровоточащие десна, влажную язву под языком.
— Бог возлюбил тебя, о Иберийский Странник, — отчетливо прошептал тот, кто на самом деле не был Нищим, и его зрачки блеснули как латунные гильзы. — Ты отмечен знаком судьбы, но это не печать величия, а клеймо проклятия. Мрак смотрит на тебя тысячью глаз. Ты не знаешь, кому заступил дорогу. Отступись или будешь раздавлен! Запомни мои слова! Ты будешь раздавлен! Раздавлен, как тля! Раздавлен!
На мгновение Алексей увидел перед собой налитые кровью глазки черного быка. Прошлой ночью они уже посещали его во сне. Все равно, что заглядывать в замочную скважину, за которой бушует пожар.
— Ты видишь? — спросил Нищий, — Да, ты из тех немногих, кто видит.
— Теперь вижу. О, Господи! — прошептал Алексей.
— Небесный град скоро призовет тебя, о Иберийский Странник. Смотри, как бы не оступиться по дороге! — скрипучий голос Нищего прозвучал возле самого уха. — Вселенная смотрит на тебя тысячью глаз. Миры свихнулись и отплясывают кадриль. Все рушится, все падает, все меняется. Кровь, пуля, холод и тьма! Отступись! Не возвращайся в Залесское. Уезжай из города прямо сейчас и как можно дальше!
Алексей сдавил двумя пальцами свою правую щеку и безжалостно ее вывернул. Боль заставила его вскрикнуть. Рука освободилась от захвата, а Нищий исчез, растворившись в воздухе. Алексей отпрянул назад, спотыкаясь и размахивая руками. Он налетел спиной на маленького мужчину в стеганой куртке и едва не сшиб его с ног.
— Идиот! — Мужчина отпрыгнул в сторону. — Хулиган! Пьяная морда!
— Пошел на хрен! — пробормотал Алексей, бросившись внизпо обшарканным гранитным ступеням. Он скатился в подземку, с трудом подавляя тошноту. Слякотный запах Нищего, казалось, прилип к нему, навсегда впитавшись в одежду и пазухи носа.
«Судьба прочертила через тебя круг!»
«Мрак смотрит на тебя тысячью глаз!"
«Ты один из немногих, кто видит…»
Он встал возле ряда телефонных автоматов, успокаивая неровное, судорожное дыхание. Его знобило. Он осмотрел руку в том месте, куда вцепились шелушащиеся пальцы Нищего, но никаких следов не обнаружил.
«Небесный град скоро призовет тебя. Смотри, как бы не оступиться по дороге!»
И опять пришла эта поразительная уверенность: когда-то раньше, до того, как он стал мужчиной, нечто подобное уже пыталось вторгнуться в его жизнь. Но тогда что-то сорвалось, не получилось, и ужас померк, едва успев обозначится. Всего один случай в прошлом, который так важен для понимания настоящего.
Почему бы не пробежаться по хатам...
Вот она — долгожданная отправная точка! Ключевая фраза. Пароль.
Почему бы не пробежаться по хатам... почему бы не пробежаться...
Алексей снял трубку с ближайшего автомата и несколько секунд слушал длинные гудки пока они не превратились в короткие. Он дернул за рчаг, бросил жетон в прорезь и набрал номер приемного покоя больницы.
Как бы не оступиться по дороге!
Страдание — это сила Господня!
«Замолчи! Забудь!»
— Приемное отделение, — раздался скучный женский голос из трубки.
Алексей открыл рот, потом закрыл. В горле дрожал зыбкий комок. Он не был уверен, что сможет выдавить из себя хотя бы пару слов.
— Алло! Я вас слушаю. Говорите!
— Девушка. Алло.
— Слушаю вас. Что вы хотели?
— Извините, я по поводу своей жены. Юлия Константиновна... Юлия Константиновна Гранецкая. Я отвез ее к вам вчера вечером. Она на сорок первой неделе беременности. Я хотел узнать, как она. Ну, каково ее состояние. Вы понимаете?
— Одну минуту. — Из трубки долетал приглушенный шум: поскрипывание, шелест бумаги, осторожные шаги, голоса.