— Проводите меня? — я еще не знаю дороги, помощь не помешает. — Пожалуйста.
— Да, конечно, — ответил парень. — Выходим через час. И да, Мэй, скорее всего, ты будешь сидеть с новичками за другим столом. Ты уж не пугай их нашими рассказами, будь добра.
— Да, Мэй, пусть это останется между нами, — добавила Ирэн.
— Я поняла.
Мы продолжили чаепитие.
Гасите свет
— Ну что, идем? — Ирэн стояла у двери, дожидаясь нас.
— Секунду, — ответил Антон. — Я почти победил.
Я лишь молча усмехнулась. С такими картами, как у меня, проиграть невозможно.
— Ирэн, мы уже заканчиваем, — я подмигнула девушке. — Антонио у нас слишком богатый, уже третью партию мне проигрывает.
— Ой, молчи лучше, — прошипел парень. — Научил на свою голову, теперь до нитки оберет. Твой ход.
— Поздравляю вас с зачислением в регулярную армию Штормвинда! — я выложила на стол козырного туза. — Вот ваши погоны.
Я положила парню на плечи две шестерки, а затем зловеще рассмеялась.
— На этом закончим! — Антон бросил свои карты и вышел в соседнюю комнату.
— Ну, как улов? — поинтересовалась Ирэн.
— Пять сотен крубов, — я потрясла рукой с часами. — Неплохо для новенькой.
— Богатая, — усмехнулась девушка. — Ты готова?
— Да, конечно.
— Хорошо, значит ждем Антонио.
Мы встали у двери, в ожидании Антона. Спустя некоторое время мне надоело. Я посмотрела на Ирэн. Та коротко кивнула головой. Прошло еще немного времени. Антонио все еще не было слышно.
— Антон? — крикнула девушка. Ответа не последовало.
Ирэн открыла дверь в спальню. Никого не было.
— Вот же… — закончила Ирэн на полуслове. — Через окно вышел. Идиот. Третий этаж! Пошли, Мэй.
Мы закрыли за собой все двери и вышли в коридор. Вечерело, тени становились все длиннее, медленно растворяясь в ночи. Коридор не был освещен, я вспомнила огни в таверне. Здесь бы они не помешали.
— Здесь всегда так… мрачно? — спросила я.
— Н-нет, — помедлила Ирэн. — Обычно по вечерам включается свет. Может еще рано…
Мы заметили какого-то сгорбленного калеку, который вешал на стену картину.
— Извините, вы не знаете, что со светом?
Инвалид медленно повернулся в нашу сторону. Он скрывал свою голову под капюшоном и небольшой повязкой поверх рта. Видимо, он не хотел, чтобы кто-то видел его, вероятно, изуродованное лицо.
— Све-ет… сломался, — проскрипел противным голосом калека. — Пойду… чинить.
Он взял свой стакан с чаем и поковылял в нашу сторону. Внезапно инвалид споткнулся и облил меня с ног до головы. Калека растерялся и стал просить прощения.
— Извините, ради всего святого, простите! — он стал вытирать меня своим платком, но сделал только хуже. — Только не говорите директору, умоляю! Он убьет меня!
— Ничего страшного, — я остановила калеку. — Все хорошо, вы же случайно.
— Спасибо, большое спасибо, девушка, вы спасли меня, — инвалид стал заикаться. Ситуация напрягала. — Позвольте я провожу вас до прачечной, высушите свою одежду…
Ирэн хотела возразить, но я покачала ей головой, давая понять, что я сама дойду.
— Хорошо, пойдемте.
— Спасибо! — калека повернулся к девушке. — Я покажу ей дорогу его Большого зала, не волнуйтесь. Только не говорите директору!
— Ладно, — Ирэн задумалась, но согласилась. — Увидимся, Мэй.
Калека взял меня за руку и повел по коридорам. В какой-то момент мне стало казаться, что мы потерялись.
— Вы точно знаете, куда идти? — мягко спросила я.
— Боишься потерять свой токсин? — скрипучий голос калеки вдруг сменился на знакомый шепот. — Поверь, мне сейчас не до твоего яда.
— Хэйт…
— Т-ш-ш… — мужчина остановился и приложил палец к губам. Точнее, к повязке. — Не отставай.
Хэйтем выпрямился и бесшумным быстрым шагом стал обходить темные коридоры, вглядываясь в номера комнат.
— Как ты сюда попал? — прошептала я.
— Я здесь работаю, — ответил мужчина. — Уже месяца три.
— Что? — картинка не хотела складываться. — Почему?
— Все вопросы потом. Нашел, — Хэйтем остановился у маленькой двери.
— Прачечная, — прочитала я.
— Все верно. Мэй, прежде чем мы войдем, скажи, ты готова мне довериться? — прошептал мужчина.
Я остановилась в недоумении, обдумывая его вопрос. Я знаю его около двух-трех часов, но он внушает мне доверие. Я не чувствую какой-либо неприязни или отторжения, хотя, судя по рассказам Антона, должна. Не знаю, что ждет меня за этой дверью, но я доверяю Хэйтему.
— Готова, — сглотнула я.
— Хорошо, — мужчина подошел ко мне и обнял. Затем отстранился и положил руки на плечи, смотря прямо в глаза, словно читая мои мысли. — Сейчас мы зайдем внутрь. Запомни: я говорю, а ты слушаешь и запоминаешь. Не встревай.